Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
"Транспортные преступления: понятие, виды, характеристика: Монография"
Представленная монография посвящена исследованию транспортных преступлений как отдельной категории уголовных правонарушений, характеризующихся рядом специфических особенностей.
§ 1. Нарушение требований в области транспортной
безопасности

Появление уголовно-правовой нормы, содержащейся в ст. 263.1 УК РФ, в литературе в целом воспринято положительно. Например, А.И. Коробеев по этому поводу пишет: "...криминализация законодателем... данного деяния призвана была устранить пробел в уголовной наказуемости целого ряда опасных транспортных правонарушений..." <1>. Н.И. Пикуров также отмечает, что "норма, содержащаяся в ст. 263.1 УК РФ, предназначена для регулирования уголовной ответственности за нарушение требований ФЗ "О транспортной безопасности" от 9 февраля 2007 г., которые долгое время оставались без подкрепления уголовно-правовыми санкциями" <2>.
--------------------------------
<1> Коробеев А.И. Транспортные преступления и транспортная преступность. С. 176.
<2> Пикуров Н.И. Квалификация транспортных преступлений. С. 106.

Однако такого единодушия среди специалистов нет, когда встает вопрос о юридической природе рассматриваемого преступления, соответственно и о его объекте, наконец, признании деяния транспортным <1>. Так, некоторые авторы полагают, что "...сущность объекта преступления, предусмотренного ст. 263.1, характеристика уровней безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств убедительно свидетельствуют об иной правовой природе и социальной направленности деяния по сравнению с преступлениями, объединенными в гл. 27 УК. В связи с этим представляется сомнительным признание законодателем данного преступления транспортным и определение его места в системе Особенной части УК" <2>.
--------------------------------
<1> А.В. Козун, например, пишет, что место анализируемой нормы в гл. 24 УК РФ либо признании преступления специальным видом халатности - в гл. 30 УК РФ (см.: Козун А.В. Место нарушения требований в области транспортной безопасности (ст. 263.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) в системе норм уголовного законодательства и вопросы совершенствования состава преступления // Российский следователь. 2016. N 11. С. 32).
<2> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации для работников прокуратуры (постатейный) / Отв. ред. В.В. Малиновский; науч. ред. А.И. Чучаев. М., 2015. С. 861.

Н.И. Пикуров, также не считая рассматриваемое преступление транспортным, приводит ряд аргументов в пользу этого. Во-первых, по его мнению, объект преступления, предусмотренного ст. 263.1 УК РФ, хотя и имеет некоторое отношение к функционированию транспорта, по своей сути лишь частично связан с движением или эксплуатацией транспортных средств. Недаром законодатель для его обозначения использует иной, нежели в собственно транспортных преступлениях, термин - транспортная безопасность.
Во-вторых, имеется не только терминологическая, но и сущностная разница. Правила безопасности движения или эксплуатации транспорта, о которых говорится в ст. 263 УК РФ, и меры защиты объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств от актов незаконного вмешательства (требования безопасности), предусмотренные в ст. 263.1 УК РФ, как понятия не совпадают по объему и не пересекаются. Безопасность движения или эксплуатации транспорта или транспортных средств обеспечивается регулированием деятельности лиц, непосредственно или опосредованно управляющих транспортными средствами или создающих условия для безопасного их функционирования; транспортная же безопасность, как это предполагает уголовно-правовая норма, - путем регулирования других по содержанию общественных отношений (хотя и связанных с использованием транспортных средств). В связи с этим логичен вывод: понятие "транспортная безопасность" не является родовым по отношению к понятию "безопасность движения и эксплуатации транспортных средств".
В-третьих, транспортная безопасность применительно к уголовному праву трактуется узко - только как защищенность от актов незаконного вмешательства. Последнее предполагает умышленное действие, поэтому неосторожное нарушение защищенности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств под данное понятие не подпадает.
В-четвертых, по мере развития законодательства о транспортной безопасности это юридическое понятие приобретет значение родового, охватывающего все виды транспортной безопасности, что потребует соответствующей корректировки наименования рассматриваемого преступления и его описания <1>.
--------------------------------
<1> См.: Энциклопедия уголовного права. С. 420 - 428.

Полемизируя с Н.И. Пикуровым, А.И. Коробеев, по сути, не приводит контрдоводов, пожалуй, кроме одного. Он пишет: "При всей убедительности приведенной аргументации нельзя в полном объеме согласиться с выводами ее автора. Как представляется, с определенной условностью (при соответствующей трактовке отдельных признаков данного преступления) его все-таки можно причислить к посягательствам на общественные отношения в сфере безопасности функционирования транспортных средств, т.е. признать последние непосредственным объектом преступления. Для этого достаточно истолковать выражение "транспортная безопасность" в широком значении указанного термина... В противном случае придется признать, что название главы УК РФ уже не соответствует ее содержанию, ибо она загромождена составами преступлений, посягающими на иной видовой объект, чем тот, ради охраны от посягательства на который конструировалась изначально данная глава" <1>. Выход из создавшегося положения А.И. Коробеев видит в том, чтобы признать в качестве непосредственного объекта преступления, предусмотренного ст. 263.1 УК РФ, общественные отношения в сфере безопасности функционирования транспорта как элемента транспортной безопасности <2>.
--------------------------------
<1> Коробеев А.И. Транспортные преступления и транспортная преступность. С. 177 - 178.
<2> См.: Там же. С. 178.

Н.И. Пикуров выделяет три параметра безопасности транспорта:
- первый (основной, профильный), заключающийся в обеспечении защищенности жизни, здоровья граждан, а также имущественных отношений от причинения вреда в результате движения и эксплуатации транспортных средств как источников повышенной опасности (объект уголовно-правовой охраны, именуемый безопасностью движения и эксплуатации транспорта - ст. ст. 263, 264, 268 и в определенной части ст. ст. 266 и 267 УК РФ);
- второй, связанный с безопасностью транспорта как объекта воздействия на окружающую среду и здоровье населения (в этих отношениях транспортная специфика не является преобладающей, поэтому законодатель их не включил в объект уголовно-правовой охраны норм гл. 27 УК РФ, оставив под охраной норм других глав УК РФ);
- третий, характеризующийся защищенностью объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств от незаконного вмешательства (ст. 263.1 УК РФ).
Таким образом, автор рассматриваемый объект уголовно-правовой охраны относит к безопасности транспорта. То, что в этом случае вмешательство осуществляется извне, не имеет принципиального значения для признания деяния транспортным (например, никто же не отрицает обоснованность отнесения к их числу преступления, предусмотренного ст. 267 УК РФ). К тому же, не в этом заключается суть деяния, она выражается в неисполнении соответствующих требований по соблюдению транспортной безопасности. Понятие "вмешательство" использовано законодателем в Федеральном законе от 9 февраля 2007 г. N 16-ФЗ "О транспортной безопасности" для характеристики механизма нарушения состояния защищенности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств. Под ним понимается противоправное действие (бездействие), в том числе террористический акт, угрожающее безопасной деятельности транспортного комплекса, повлекшее причинение вреда жизни и здоровью людей, материальный ущерб либо создавшие угрозу наступления таких последствий.
Как уже указывалось, транспорт является сложным многоуровневым технико-технологическим комплексом. Его безаварийная работа обеспечивается в том числе и нормативно определенным состоянием объектов транспортной инфраструктуры. В этом не сложно убедиться, обратившись к толкованию этого понятия. К объектам транспортной инфраструктуры относятся:
- технологический комплекс, включающий в себя: железнодорожные, трамвайные и внутренние водные пути;
- контактные линии;
- автомобильные дороги, тоннели, эстакады, мосты;
- метрополитены;
- судоходные гидротехнические сооружения;
- аэродромы;
- объекты систем связи, навигации и управления движением транспортных средств и т.д.
Надо иметь в виду, что нормативными правовыми актами характеристика предмета может конкретизироваться. Например, в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 23 мая 2017 г. "О воздушных судах авиации общего назначения, относимых к транспортным средствам в соответствии с Федеральным законом "О транспортной безопасности" в понятие "транспортные средства" включаются: 1) вертолеты с максимальной взлетной массой 3 100 кг и более; 2) иные воздушные суда с максимальной взлетной массой 3 100 кг и более <1>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2017. N 22. Ст. 3166.

Разумеется, без нормального, отвечающего нормативно закрепленным требованиям функционирования указанных объектов транспортной инфраструктуры невозможно обеспечить безопасность движения или эксплуатации транспорта и транспортных средств.
А.И. Коробеев говорит о необходимости широкого толкования понятия "транспортная безопасность", однако определения не формулирует, а лишь ссылается на пояснительную записку к проекту федерального закона "О транспортной безопасности", в которой говорится, что основные положения законопроекта "призваны объединить правовые нормы, регулирующие вопросы обеспечения транспортной безопасности для различных видов транспорта, в единый институт законодательства, устранить пробелы и противоречия в действующем законодательстве" <1>. На наш взгляд, эта декларация ничего не проясняет, не освобождает от необходимости анализа сущности объекта уголовно-правовой охраны.
--------------------------------
<1> Коробеев А.И. Транспортные преступления и транспортная преступность. С. 178.

В рассуждениях автора необходимо выделить одну деталь: рассматриваемое преступление совершается в сфере безопасности функционирования транспортных средств (точнее - транспорта). Проблема заключается в том, чтобы выделить элемент этой сферы, взятый под охрану уголовно-правовой нормой, содержащейся в ст. 263.1 УК РФ. Очевидно, что им не является собственно безопасность движения или эксплуатации транспортных средств. Однако существуют определенные условия обеспечения этой безопасности, относящиеся к объектам транспортной инфраструктуры, - путям, системам сигнализации и связи и т.д. Нарушение этих условий может нарушить и безопасность функционирования транспорта или транспортного средства. Следовательно, логичным является предположение: охраняя объекты транспортной инфраструктуры, уголовный закон тем самым обеспечивает безаварийность работы транспорта (транспортного средства). Исходя из этого, можно заключить, что объектом уголовно-правовой охраны выступают общественные отношения, характеризующие условия безопасности движения или эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта, метрополитена, а также автомобильного транспорта и городского электротранспорта <1>. Поэтому включение анализируемой уголовно-правовой нормы в гл. 27 УК РФ является вполне обоснованным, предусмотренное ею преступление отвечает критериям транспортного посягательства.
--------------------------------
<1> Неудачным представляется определение рассматриваемого объекта уголовно-правовой охраны И.Н. Архипцевым и С.А. Бурлакой как "устойчивое и безопасное функционирование транспортного комплекса, состояние защищенности интересов личности, общества и государства в сфере транспортного комплекса от актов незаконного вмешательства" (Архипцев И.Н., Бурлака С.А. Некоторые аспекты уголовно-правовой охраны транспортной безопасности Российской Федерации // Российский следователь. 2017. N 2. С. 37). Отметим главное. Уголовный закон в силу своей специфики не может обеспечивать устойчивость (т.е. способность системы сохранять текущее состояние при влиянии внешних воздействий) функционирования транспорта, перед ним не стоит такая задача. Кроме того, в качестве самостоятельного объекта охраны необоснованно выделяются интересы личности, общества и государства, так как они образуют сущность общественной безопасности.
Подмена сущности определяемого элемента состава рассматриваемого преступления допускается М.П. Кузнецовым, считающим, что таковым выступают "общественные отношения, направленные на обеспечение выполнения предусмотренных в нормативных правовых актах мер по предупреждению и недопущению совершения актов незаконного вмешательства, а также минимизации их последствий" (Кузнецов М.П. Уголовная ответственность за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности // Законность. 2013. N 4. С. 34).
А.Н. Шабунина и Е.Д. Горевой полагают, что "непосредственным объектом... являются требования по обеспечению транспортной безопасности на объектах транспортной инфраструктуры и транспортных средствах" (Шабунина А.Н., Горевой Е.Д. Уголовная ответственность за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности // Мировой судья. 2011. N 10. С. 6). Требования (т.е. норма, совокупность условий, которым кто-нибудь должен или что-нибудь должно соответствовать) как таковые и требования в сфере безопасности, в частности, не могут выступать объектом преступления, они не характеризуют социальную направленность деяния.

В литературе высказано мнение, что "акты вмешательства в деятельность транспорта имеют своей целью не нарушение нормальной работы транспорта, они адресуются власти" <1>. Вероятно, такой вывод стал возможным из-за некоторого сходства нормативной трактовки транспортной безопасности с определением антитеррористической безопасности, содержащимся в Федеральном законе от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ "О противодействии терроризму", согласно которому под террористическим актом понимается совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях <2>.
--------------------------------
<1> Комаров В.В. Повышение эффективности предупреждения и пресечения актов незаконного вмешательства на объектах воздушного транспорта // Библиотека криминалиста. 2013. N 4. С. 208.
См. также: Зырянов С.М., Кузнецов В.И. Транспортная безопасность и система субъектов ее предупреждения // Журнал российского права. 2012. N 12.
<2> СЗ РФ. 2006. N 11. Ст. 1146.

Как представляется, авторы, характеризуя состав рассматриваемого преступления, осуществляют подмену деяния, указанного в ст. 263.1 УК РФ <1>. Нами уже говорилось, что суть последнего заключается не в акте вмешательства в деятельность транспортного комплекса, а в неисполнении требований по соблюдению транспортной безопасности <2>, т.е. в отказе от реализации или ненадлежащую реализацию определяемой государством системы правовых, экономических, организационных и иных мер в сфере деятельности транспорта, соответствующих угрозам совершения актов незаконного вмешательства <3>. Преступление, предусмотренное ст. 263.1 УК РФ, выступает предикатным по отношению к вмешательству в деятельность транспорта. Эти деяния генетически связаны, но существенно различаются между собой. Уголовно-правовая норма стимулирует к совершению действий, применение которых направлено на предупреждение указанных актов вмешательства. Преступные последствия наступают именно в результате вмешательства, а не из-за нарушения требований в области безопасности транспорта. Законодатель обоснованно признал это деяние транспортным преступлением, а не посчитал его преступлением террористической направленности, посягающим на так называемую общую безопасность.
--------------------------------
<1> Например, Н.С. Рязанов пишет: "...законодатель категорию "акт незаконного вмешательства" в сфере обеспечения безопасности сделал ключевой" (Рязанов Н.С. Акты незаконного вмешательства как основная угроза транспортной безопасности Российской Федерации // Вестник Омской юридической академии. 2017. N 1. С. 54).
<2> Мы не входим в обсуждение корректности формулировки деяния в анализируемой уголовно-правовой норме. В литературе отмечается ее небезупречность, в связи с чем предлагается заменить словосочетание "неисполнение требований транспортной безопасности", являющееся очень широким, по сути, охватывающим все нормы, обеспечивающие функционирование всех без исключения видов транспорта, на словосочетание "неисполнение требований транспортной безопасности, связанных с предупреждением актов незаконного вмешательства" (см.: Энциклопедия уголовного права. С. 428).
<3> В связи с этим вызывает сомнение квалификация действий проводника пассажирского поезда Л., допустившей высадку провожающих граждан на ходу поезда, не предприняв мер для его остановки. Двое провожающих, выпрыгнувших на посадочную платформу железнодорожного вокзала через открытую дверь рабочего тамбура вагона, в результате падения и удара получили различные телесные повреждения, а третий погиб. Кировский районный суд г. Саратова квалифицировал действия Л. по ч. 2 ст. 263.1 УК РФ (приговор от 7 июля 2014 г. N 1-198/2014 1-198/2014Г // ""). В этом случае последствия наступили не в связи с тем, что имело место вмешательство в деятельность транспортного средства, ставшее возможным в результате неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности, а нарушения безопасности железнодорожного транспорта общего пользования.
Трудно согласиться с мнением А.И. Коробеева, признающего распространенным видом рассматриваемого преступления допуск нетрезвых водителей к управлению транспортными средствами. При этом под допуском он предлагает понимать выдачу уполномоченным на то работником предприятия или организации разрешения на выезд в рейс лицу, заведомо для него находящемуся в состоянии опьянения, дачу заключения о возможности таким лицом управлять транспортным средством, а равно передачу владельцем либо водителем транспортного средства (см.: Коробеев А.И. Транспортные преступления и транспортная преступность. С. 181 - 182)).
Подобного рода действия в настоящее время не криминализированы, хотя, по нашему мнению, это является пробелом в уголовном законодательстве. Данные действия не подпадают и под признаки ст. 263.1 УК РФ. Нами частично уже изложены доводы, свидетельствующие о неправомерности отнесения их к нарушению требований в области транспортной безопасности. Здесь же дополнительно сошлемся на Постановление Правительства РФ от 10 декабря 2008 г. N 940 "Об уровнях безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств и о порядке их объявления (установления)", которым выделяются:
уровень N 1 - степень защищенности транспортного комплекса от непосредственных угроз, заключающихся в наличии совокупности вероятных условий и факторов, создающих опасность совершения акта незаконного вмешательства в деятельность транспортного комплекса;
уровень N 2 - степень защищенности транспортного комплекса от непосредственных угроз, заключающихся в наличии совокупности конкретных условий и факторов, создающих опасность совершения акта незаконного вмешательства в деятельность транспортного комплекса;
уровень N 3 - степень защищенности транспортного комплекса от прямых угроз, заключающихся в наличии совокупности условий и факторов, создающих опасность совершения акта незаконного вмешательства в деятельность транспортного комплекса.
Как видим, уровни безопасности также связываются с разной степенью возможности вмешательства в деятельность транспортного комплекса, чего нет при передаче управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 263.1 УК РФ, заключается в неисполнении требований по соблюдению транспортной безопасности (ч. 1) и неисполнении требований по обеспечению транспортной безопасности (ч. 2). В самом общем виде это означает отказ от реализации или ненадлежащую реализацию определяемой государством системы правовых, экономических, организационных и иных мер в сфере транспорта, соответствующих угрозам совершения актов незаконного вмешательства. Надо иметь в виду, что многие требования транспортной безопасности охватывают нормы технического характера, регламентирующие технологические аспекты использования приборов, устройств и систем. Указанное бездействие (чистое или смешанное) нарушает безопасное функционирование транспортного комплекса.
Согласно ст. 8 Федерального закона "О транспортной безопасности" требования по обеспечению безопасности транспорта, в том числе требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающие уровни безопасности, для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств, устанавливаются Правительством РФ. Так, Положением о Федеральной системе обеспечения защиты от актов незаконного вмешательства, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 30 июля 1994 г. N 897 <1>, закреплена указанная Федеральная система. Она разработана в соответствии с Руководством по безопасности для защиты гражданской авиации от актов незаконного вмешательства Международной организации гражданской авиации (ИКАО) и представляет собой совокупность правовых и организационных мер, направленных на предотвращение и пресечение противоправных действий в отношении гражданской авиации. Приложение "Нормы, правила и процедуры" к этому Положению предусматривают технические (например, ограждение по всему периметру территории аэропорта, включая зоны рабочих секторов курсовых и глиссадных радиомаяков, объекты управления воздушным движением, радио- и светотехническое оборудования аэродромов, авиатопливообеспечения и коммерческие склады), организационные (например, организация досмотра членов экипажей, обслуживающего персонала, пассажиров (в том числе лиц с дипломатическим статусом, фельдъегерей, пассажиров-инвалидов), ручной клади, багажа, почты, грузов и бортовых запасов, деятельность охранной службы) и другие меры обеспечения безопасности гражданской авиации. Перечнем основных опасных веществ и предметов, запрещенных (разрешенных с соблюдением требуемых условий) к перевозке на борту воздушного судна членами экипажа и пассажирами в зарегистрированном багаже и вещах, находящихся при пассажирах (приложение к Правилам проведения предполетного и послеполетного досмотров <2>), определены вещества и предметы, которые нельзя перевозить на воздушным судном: взрывчатые вещества, средства взрывания и предметы, начиненные ими; сжатые и сжиженные газы; воспламеняющиеся твердые вещества и т.д. Федеральными авиационными правилами "Требования к авиационной безопасности к аэропортам" предусмотрен комплекс мер, предполагающих создание и функционирование служб авиационной безопасности и др. <3>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1994. N 15. Ст. 1795.
<2> Российская газета. 2007. 17 авг.
Кроме указанных действуют Правила проведения досмотра, дополнительного досмотра, повторного досмотра в целях обеспечения транспортной безопасности, утвержденные Приказом Минтранса России от 23 июля 2015 г. N 227 (официальный интернет-портал правовой информации http://www.pravo.gov.ru, 28 марта 2016 г.).
<3> Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2006. N. 4.

Постановлением Правительства РФ от 16 июля 2016 г. "О требованиях по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требованиях к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающих уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств морского и речного транспорта" <1> утверждены: Требования по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающих уровни угроз безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств морского и речного транспорта; Особенности исполнения требований по обеспечению транспортной безопасности, учитывающих уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры морского транспорта, при создании, эксплуатации и использования во внутренних морских водах, в территориальном море, исключительной экономической зоне, на континентальном шельфе Российской Федерации установок и сооружений, создаваемых на основе морской плавучей (передвижной) платформы.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2016. N 31. Ст. 5012.

На железнодорожном транспорте действуют Требования по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающих уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств железнодорожного транспорта, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 26 апреля 2017 г. N 495 <1>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2017. N 19. Ст. 2835.

Обеспечение транспортной безопасности на автомобильном транспорте регламентируется Требованиями по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требованиями к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающими уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры дорожного хозяйства и Требованиями по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требованиями к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающими уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств автомобильного и городского наземного электрического транспорта, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 14 сентября 2016 г. N 924 <1>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2016. N 39. Ст. 5648.

Постановлением Правительства РФ от 5 апреля 2017 г. N 410 утверждены Требования по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающие уровни безопасности для различных категорий метрополитенов <1>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2017. N 15 (ч. 2). Ст. 2236.

Нарушение требований указанных выше и других нормативных правовых актов в этой сфере может характеризовать объективную сторону рассматриваемого деяния.
Ответственность за данное деяние дифференцирована в зависимости от двух обстоятельств, относящихся к разным элементам состава преступления: наступившим последствиям и субъекту. Применение последствий в качестве квалифицирующих признаков традиционно; выделяются: а) вред здоровью, который необоснованно ограничивается только его тяжким видом, хотя в этом случае вред средней тяжести, как и в других транспортных преступлениях, может быть причинен большому числу лиц; б) смерть одного человека или нескольких лиц; в) крупный ущерб (целесообразно указать и особо крупный). Кроме этого, квалифицирующими признаками являются: 1) совершение преступления группой лиц по предварительному сговору (ч. 3 ст. 263.1 УК РФ) или 2) организованной группой (ч. 4 данной статьи).
Особый интерес представляет определение субъекта преступления в ч. 2 ст. 263.1 УК РФ как лица, ответственного за обеспечение транспортной безопасности (в ч. 1 субъект вообще не упоминается). На первый взгляд в связи с конкретизацией характеристики субъекта преступления в ч. 2 ст. 263.1 УК РФ создается впечатление об ответственности по ч. 1 данной статьи общего субъекта. Такая конструкция статьи обусловливает необходимость хотя бы абрисно очертить круг лиц, признаваемых субъектами преступления по указанным частям данной статьи.
Применительно к первоначальной редакции ст. 263.1 УК РФ (субъект был обозначен как лицо, ответственное за обеспечение транспортной безопасности) Н.И. Пикуров говорил о двух категориях лиц, которые могли признаваться субъектами преступления:
а) лица, ответственные за обеспечение транспортной безопасности объекта транспортной инфраструктуры, - работники, занимающие должность на объекте транспортной инфраструктуры и ответственные за обеспечение транспортной безопасности;
б) лица, ответственные за обеспечение транспортной безопасности транспортного средства, - лица, занимающие должность на транспортном средстве и ответственные за транспортную безопасность <1>.
--------------------------------
<1> См.: Пикуров Н.И. Квалификация транспортных преступлений. С. 114.

Такой подход был основан на ст. 4 Федерального закона "О транспортной безопасности", согласно которой обеспечение транспортной безопасности возлагается на субъекты транспортной инфраструктуры, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, а также на Приказе Минтранса России от 11 февраля 2010 г. N 34 "Об утверждении Порядка разработки планов обеспечения транспортной безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств" <1>, в котором раскрывается смысл понятий "лицо, ответственное за обеспечение транспортной безопасности объекта транспортной инфраструктуры" и "лицо, ответственное за обеспечение транспортной безопасности транспортного средства".
--------------------------------
<1> "".

В литературе утверждалось, что требования транспортной безопасности адресованы не только руководителям различного уровня, но и рядовым работникам, обеспечивающим применение мер безопасности, например досмотр багажа пассажиров <1>.
--------------------------------
<1> Саркисова В.Г. Уголовно-правовое обеспечение безопасности объектов транспортной инфраструктуры: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2014. С. 13 - 14.

Федеральным законом от 3 февраля 2014 г. редакция ст. 263.1 УК РФ изменена. В нее была включена новая часть, не содержавшая характеристики субъекта преступления (ч. 1 данной статьи). В связи с этим, по мнению А.И. Коробеева, "в рамках одного состава преступления предусмотрена ответственность как общего, так и специального субъектов преступления" <1>. Этот вывод нам представляется сомнительным. По нашему мнению, он сделан лишь на сопоставлении ч. ч. 1 и 2 ст. 263.1 УК РФ без учета сущности уголовно-правового запрета. Вряд ли общий субъект обязан соблюдать транспортную безопасность как нормативную категорию, учитывая, как указывалось, предикатный характер рассматриваемого преступления. Следовательно, возникает вопрос: кого в этом случае имел в виду законодатель?
--------------------------------
<1> Коробеев А.И. Транспортные преступления и транспортная преступность. С. 186.

На наш взгляд, законодатель, исходя из складывающейся ситуации на транспорте, появление воздушных, речных и морских судов на праве личной собственности, хотел "разъединить" ответственность работника транспорта и лица, не являющегося таковым. По ч. 2 ст. 263.1 УК РФ в круг субъектов преступления входят лица, являющиеся работниками транспорта, ответственные за обеспечение транспортной безопасности на объектах транспортной инфраструктуры и транспортных средств. В этом случае собственники объекта транспортной инфраструктуры не могли признаваться субъектами этого преступления. В целях устранения пробела в уголовно-правовом обеспечении транспортной безопасности, на наш взгляд, и был расширен круг ответственных лиц по ст. 263.1 УК РФ, хотя сделано это крайне неудачно.
При характеристике состава рассматриваемого преступления необходимо обратить внимание еще на одно обстоятельство; в результате внесенных в ст. 263.1 УК РФ изменений и дополнений появилась парадоксальная ситуация - соучастие в неосторожном преступлении, которого не знает уголовное законодательство РФ. Это случилось в результате добавления в перечень квалифицирующих и особо квалифицирующих обстоятельств совершение преступления группой лиц по предварительному сговору и организованной группой, т.е. форм соучастия, предусмотренных ст. 35 УК РФ.
По нашему мнению, в целом надо вернуться к первоначальному варианту законодательного описания состава рассматриваемого преступления, внеся уточнения в характеристику деяния, о которых говорилось выше, и дополнив перечень последствий указанием на причинение вреда здоровью средней тяжести и ущерба в особо крупном размере.

Безымянная страница

Юридическая литература:
- Юридическая помощь: вопросы и ответы
- Трудовое право России: Учебник
- Наследственное право
- Юридический справочник застройщика
- Гражданское право: Учебник : Том 1
- Единый налог на вмененный доход: практика применения
- Защита прав потребителей жилищно-коммунальных услуг: как отстоять свое право на комфортное проживание в многоквартирном доме
- Транспортные преступления: понятие, виды, характеристика: Монография
- Бюджетное право: Учебник
- Страхование для граждан: ОСАГО, каско, ипотека
- Договор трансграничного займа: право и практика
- Судебный конституционный нормоконтроль: осмысление российского опыта: Монография
- Несостоятельность (банкротство) юридических и физических лиц: Учебное пособие
- Оценочная деятельность в арбитражном и гражданском процессе
- Административное судопроизводство
- Деликтные обязательства и деликтная ответственность в английском, немецком и французском праве
- Гражданское право том 1
- Гражданское право том 2
- Защита интеллектуальных прав
- Право интеллектуальной собственности
- Земельное право
- Налоговое право
- Конституционно-правовые основы антикоррупционных реформ в России и за рубежом
- Семейное право
- Конституционное право Российской Федерации
Rambler's Top100
На правах рекламы:

Copyright 2007 - 2018 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!