Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
§ 3. Роль судебной практики в регулировании доказывания
в гражданском и арбитражном процессах, административном
судопроизводстве

Наряду с нормами права важную роль в механизме доказывания по гражданским делам играет судебная практика. Проблема законодательного признания за судом функций в сфере правотворчества не нова для отечественной юридической мысли. Она закономерно возникает в условиях реформирования социальных отношений как инструмент быстрого реагирования на появление новых социальных институтов.
На необходимость изучения судебной практики как правового явления указывал еще классик российской цивилистики И.А. Покровский, который отмечал: "Закон, даже самый обширный, даже представляющий весьма полную кодификацию, неизбежно имеет пробелы, так как, несмотря на все свое старание, он не может охватить всего бесконечного разнообразия житейских отношений. Закон, даже самый совершенный, неизбежно отстает от жизни: раз изданный, он остается неподвижен, меж тем как жизнь идет непрерывно вперед, творя новые потребности и новые отношения. <...> Закон и суд не две враждующие силы, а два одинаково необходимых фактора юрисдикции" <1>. Другой классик российской цивилистики - Д.И. Мейер считал, что судебная практика всегда служит помощницей законодательству, дополняя его пробелы, точнее, определяя применение закона к данным случаям <2>. Г.Ф. Шершеневич отмечал особое значение толкований кассационных департаментов Сената, ввиду того что их решения и определения разъясняют точный смысл законов, публикуются для всеобщего сведения для руководства к единообразному их применению. В то же время он отмечал, что нигде в нашем законодательстве не признано за Сенатом право издавать законы, и констатировал отсутствие единого мнения по вопросу судебной практики, признавая, что часть ученых-юристов отрицают юридическую обязательность кассационных решений. Г.Ф. Шершеневич считал судебную практику лишь видом обычного права <3>.
--------------------------------
<1> Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 94 - 95.
<2> См.: Мейер Д.И. Русское гражданское право. М., 2000. С. 59.
<3> См.: Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула, 2001. С. 44, 66 - 67.

В советской доктрине не было единого понимания значения судебной практики, ее роли в правовом регулировании. Преимущественно отрицалась возможность создания судом правовых норм, поскольку считалось, что судебные органы осуществляют правосудие как одну из форм применения закона, не связанную с правотворческими полномочиями суда.
Вопрос о роли и значении судебной практики был вновь поставлен учеными-правоведами в преддверии судебной реформы в Российской Федерации <1>. Диапазон мнений был огромен: от полного отрицания судебной практики как источника права до предложений о законодательном закреплении прецедентного права <2>.
--------------------------------
<1> См.: Ершов В.В. Суд в правовом государстве // Советская юстиция. 1990. N 24. С. 2.
<2> См.: Судебная практика как источник права / Отв. ред. Б.Н. Топорнин. М., 1997; Лапин Б.Н. Новое концептуальное измерение проблем унификации законодательства о гражданском судопроизводстве в рамках СНГ // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2001. N 1. М., 2002. С. 167; Нешатаева Т.Н. К вопросу об источниках права - судебном прецеденте и доктрине // Вестник ВАС РФ. 2000. N 5. С. 105 - 107; Рогожин Н. Судебная практика и ее роль в предпринимательской деятельности. М., 2004; Ефимова В.В. Контроль в арбитражном процессе как способ устранения судебных ошибок: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 16 - 17; Попова Ю.А. О концепции судебного права России // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2004. С. 152; Боннер А.Т. Судебный прецедент в российской правовой системе // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2004. N 3. СПб., 2005. С. 151 - 161; Казанцев С.М. Проблема единообразия судебной практики в Российской Федерации // Там же. С. 162 - 172; Борисова Е.А. Судебная практика как источник гражданского процессуального права // Там же. С. 173 - 184; Ершов В.В. Правовая цивилизация: теоретические и практические вопросы международного права // Российская юстиция. 2004. N 5. С. 7 - 10; Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. М., 2008; Зверев Д.В. Новые источники гражданского процессуального права в свете Конвенции о защите прав человека и основных свобод // Европейская интеграция и развитие цивилистического процесса России / Под ред. Р.Ф. Каллистратовой и М.А. Фокиной. М., 2006. С. 17 - 23; Марченко М.Н. Источники права: Учебное пособие. М., 2008; Полонский Б.Я. В поисках правовой позиции // ЭЖ-Юрист. 2008. N 14 (519). С. 1, 5 - 6; Жилин Г.А. Источники гражданского и арбитражного процессуального права // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2007. N 6. СПб., 2008. С. 72 - 92; Ярков В.В. Статус судебной практики в России: некоторые вопросы // Тенденции развития гражданского процессуального права России: Сб. науч. статей. СПб., 2008; Корнев А.В. Разъяснения высших судов по вопросам судебной практики как форма правотворчества в России: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2016. N 2. С. 7 - 12; Судебная практика в современной правовой системе России / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева. М., 2017; и др.

С теоретических позиций закон перестал быть единственным источником права. Нормативной основой нового правопонимания стала ст. 2 Конституции РФ, которая придала человеку статус высшей ценности, объявила о верховенстве его прав и свобод. Принципы свободы, равенства, справедливости стали теми началами, которые пронизывают всю деятельность государства, находят закрепление в нормах права и составляют сущность права. Тем самым признан приоритет высшей ценности над позитивным правом. Судебная практика, соответствующая общественным правовым идеалам, приобретает все большее значение. "Суд уже не только субъект толкования закона, разрешения конфликтных отношений, не только правоприменитель, он вносит свои инновации, он творец права". "Именно через его властные функции идет правообразование, правореализация и правоохрана. Суд выполняет своего рода системообразующую функцию, благодаря чему система раскрывает свои эмерджетные качества, позволяющие в сущности идентифицировать ее в качестве национальной и суверенной" <1>.
--------------------------------
<1> Лазарев В.В. Место суда и судебной практики в правовой системе // Судебная практика в современной правовой системе России / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева. С. 40.

Самостоятельность судебной практики обусловлена отделением судебной власти от законодательной и исполнительной. По справедливому замечанию Т.Н. Нешатаевой, "создание общеобязательных правил поведения - свойство, генетически присущее судебной власти. Судебная власть как одна из ветвей власти не может существовать без возможности правового воздействия на действительность" <1>.
--------------------------------
<1> Нешатаева Т.Н. Указ. соч. С. 107.

Аналогичные подходы сформированы и в странах СНГ. Так, Гражданский кодекс Республики Беларусь 1999 г. (ст. 3) включил в число нормативных правовых актов постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь. Судебную практику стали относить к источникам права, отмечая при этом ее особенности <1>.
--------------------------------
<1> См.: Таранова Т.С. Судебная практика и прецедент // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. N 1. С. 15.

Значительное влияние на отношение к судебной практике в России имеет процесс сближения двух правовых систем - англо-американской и континентальной. В настоящее время в странах состязательной системы правосудия наблюдается тенденция возрастания роли закона, а в континентальной - роли судебного прецедента. Как справедливо отметил В.Ф. Яковлев, в США и в Англии в значительной степени прецеденты, ранее сложившиеся, вытесняются статутными положениями, положениями законов, в Европе же (например, в Германии) роль судебной практики возрастает. Судьи теперь участвуют в создании и формировании права. Отсюда повышается роль судов, значение их деятельности для формирования правовой системы <1>. Вместе с тем в Германии не существует обязательной силы прецедента, за исключением решений Федерального конституционного суда <2>. Нормотворческая роль судебной практики при толковании закона и восполнении пробелов в законе закреплена за Кассационным судом Франции. По мнению Э. Серверена, конечной целью судебной власти являются гарантированность прав и применение существующих норм, а не правотворчество само по себе <3>.
--------------------------------
<1> См.: Стенограмма научно-практической конференции "Гражданское законодательство России на современном этапе: проблемы и пути развития" от 14 февраля 2002 г. // Сайт Исследовательского института частного права (www.privlaw.ru).
<2> См.: Гюнтер К. Судоустройство и сфера компетенции судов // Судебная практика как источник права. М., 2000. С. 66; Судебные системы европейских стран: Справочник / Пер. с фр. Д.И. Васильева; пер. с англ. О.Б. Кобякова. М., 2002. С. 74, 78.
<3> См.: Серверен Э. Роль судей и судебной практики в процессе нормотворчества // Судебная практика как источник права. М., 2000. С. 47 - 49.

В правовых системах демократических стран признается, что суды вносят определенный вклад в формирование прецедентов и в создание норм. Конституционные суды могут влиять непосредственно на существование нормы, они могут препятствовать введению ее в действие, признавать норму недействующей или не подлежащей применению. Высшие судебные инстанции наделены правом контроля за интерпретацией правовых норм обычными судами в процессе рассмотрения конкретных дел. Во Франции обязательная сила прецедента не признается и даже запрещена, формирование судебной практики предстает в виде результата деятельности высших судебных инстанций <1>. В Бельгии кассационный суд выполняет регулятивную роль, обеспечивая единообразие толкования права <2>. В Греции Верховный суд по гражданским делам не рассматривает фактическую сторону дела, а определяет, правильно ли применен закон нижестоящими судами. Высший специальный суд обладает полномочиями выносить постановления по поводу жалобы на неконституционность статей закона. Положение закона, объявленное неконституционным, перестает действовать с момента публикации решения об этом или по истечении определенного этим решением срока (ч. 4 ст. 100 Конституции Греции) <3>. Федеральный суд Швейцарии осуществляет контроль за единообразным применением гражданского права на территории федерации <4>. В Италии Конституционный суд имеет право объявить неконституционной норму закона или акт, имеющий силу закона, вследствие чего они утрачивают силу на следующий день после опубликования решения суда. Кассационный суд Италии обеспечивает точное соблюдение и единообразное толкование закона, единство национального объективного права <5>. Решения Пленума Верховного суда Португалии являются судебными прецедентами. Правотворческие функции официально признаны в Испании за Верховным судом <6>.
--------------------------------
<1> См.: Там же. С. 52 - 53.
<2> См.: Судебные системы европейских стран. С. 56, 62.
<3> См.: Там же. С. 96.
<4> См.: Там же. С. 317.
<5> См.: Там же. С. 141, 144.
<6> См.: Бойцова В.В., Бойцова Л.В. Судебный прецедент: зарубежный опыт и российские перспективы // Российский судья. 1999. N 3. С. 14 - 18.

В доктрине под судебной практикой понимается вся совокупность деятельности судов по применению законодательства при рассмотрении гражданских, уголовных, административных и иных судебных дел <1>. Теория права различает три вида судебной практики: текущую, прецедентную и руководящую <2>. ГПК РФ и АПК РФ дают основания для вывода о том, что либо судебная практика является вторичным (дополнительным) источником гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права, либо имеется тенденция приобрести такой статус (в зависимости от вида судебной практики). В частности, в качестве основания для отмены или изменения судебного постановления (акта) в порядке надзора законодательство указывает "нарушение единообразия в толковании и применении судами норм права" (ч. 1 ст. 304 АПК РФ, ст. 391.1 ГПК РФ).
--------------------------------
<1> См.: Лебедев В.М. Судебная практика и развитие законодательства // Законодательство России в XXI веке. М., 2002. С. 42.
<2> В связи с тем что прецедент является самостоятельным видом судебной практики, вызывает принципиальное возражение необоснованно широкое понимание прецедентного права, источниками которого называются руководящие разъяснения и толкования конституционных и верховных судов (см.: Лапин Б.Н. Указ. соч. С. 167).

В любом случае в целях правовой аргументации практикующие юристы ссылаются для подтверждения или опровержения своих правовых позиций по конкретным делам на положения судебной практики. Наличие по рассматриваемому делу судебной практики во многом определяет позицию судьи при вынесении аналогичного судебного акта <1>. В связи с этим представляется обоснованным выделение в доктрине нового критерия для выделения форм практики - восприятие в качестве обязательных форм выражения судебной практики субъектами права. Это обусловлено механизмом правового регулирования, который требует помимо закрепления форм в законодательстве восприятия судебной практики и судебных актов как продолжения законодательных, а также связью между формами, установленными законодательством, и реальным их действием в регулировании общественных отношений <2>.
--------------------------------
<1> См.: Добрачев Д.В. Роль судебной практики в современном арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 9. С. 11.
<2> См.: Залоило М.В., Власенко Н.А., Шуберт Т.Э. Понятие, формы и содержание судебной практики // Судебная практика в современной правовой системе России / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева. С. 98.

Современное российское законодательство чрезвычайно мобильно и поэтому нуждается в существенных изменениях и дополнениях. В.В. Ярков справедливо отметил, что правовое регулирование имеет определенные пределы детализации, за рамками которой нормативный акт рискует превратиться в свод юридических казусов: "Создание права есть непрерывный процесс приближения к новому и качественному состоянию, которое питается постоянной динамикой общественных связей и деятельностью их участников, отраженной в том числе и в судебной практике" <1>. М.В. Залоило, Н.А. Власенко, Т.Э. Шуберт на основе анализа судебной практики обратили внимание на существование некоторой сферы общественных отношений, реально нуждающихся в дополнительном правовом регулировании. Между тем какое-либо конкретное регулирование данного вопроса отсутствует либо предоставляет правоприменителю такую дискрецию, которая, по сути, дезавуирует смысл данного регулирования. В связи с этим суды приходят к выводу о необходимости выведения нового нормативного правила <2>.
--------------------------------
<1> Ярков В.В. Статус судебной практики в России: некоторые вопросы. С. 66.
<2> См.: Залоило М.В., Власенко Н.А., Шуберт Т.Э. Понятие, формы и содержание судебной практики // Судебная практика в современной правовой системе России / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева. С. 84.

Становление судебного (судейского) права как самостоятельной доктрины нисколько не подрывает идею верховенства закона. Отношение государства к судебной практике является одним из проявлений правовой политики государства. Чтобы определить возможность высших судов выполнять нормотворческие функции и степень обязательности судебных актов, следует провести анализ законодательства.
Современное законодательство придало постановлениям Конституционного Суда РФ качество источника права. Конституция РФ определила в рассматриваемом аспекте два направления деятельности Конституционного Суда РФ: толкование Конституции РФ и проверку конституционности закона, примененного или подлежащего применению (ч. ч. 4 и 5 ст. 125). Конституционный Суд РФ является судебным органом конституционного контроля, который разрешает дела о соответствии с Конституции РФ нормативных актов и по запросам судов проверяет конституционность закона, подлежащего применению, дает толкование Конституции РФ. Конституционный Суд РФ решает исключительно вопросы права, руководствуясь Конституцией РФ. В соответствии с ч. 3 ст. 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" (далее - Закон о Конституционном Суде РФ) <1> акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; признанные не соответствующими Конституции РФ, не вступившие в силу международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению. Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях. Решение Конституционного Суда РФ действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами (ч. 2 ст. 79). Статья 80 Закона о Конституционном Суде РФ возлагает обязанность на государственные органы и должностные лица по приведению законов и иных нормативных актов в соответствие с Конституцией РФ в связи с решением Конституционного Суда РФ, если нормативные акты, их отдельные положения признаны неконституционными либо имеется необходимость устранения пробела в правовом регулировании. Таким образом, в силу прямого указания Закона о Конституционном Суде РФ в случае, если закон или норма, регулирующие гражданские процессуальные отношения, будут признаны неконституционными, суд обязан вынести решение на основании постановления Конституционного Суда РФ <2>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447.
<2> Подробнее см.: Витрук Н.В. Конституционное правосудие. Судебное конституционное право и процесс: Учеб. пособие. М., 1998. С. 311 - 315.

Вопрос о природе решений Конституционного Суда РФ вызывал и продолжает вызывать дискуссию. Так, по мнению С.А. Авакьяна, Конституционный Суд РФ "выступает в роли второго законодателя" <1>. В.О. Лучин и О.Н. Доронина указывают, что решения суда "по своей юридической силе сближаются с законами" <2>. Б.С. Эбзеев рассматривает решения Конституционного Суда РФ как источники права, формулирующие конституционно-правовые прецеденты <3>. По мнению М.Н. Марченко, нормативный характер постановлений Конституционного Суда РФ состоит в том, что они имеют общеобязательный характер и с неизбежностью предполагают многократность их применения <4>. Г.А. Жилин отмечает нормативно-прецедентное значение постановлений Конституционного Суда РФ, поскольку они обязательны не только для сторон данного конституционно-правового спора, но и для всех других субъектов, а их юридическая сила распространяется и на нормативные правовые акты, которые по содержанию аналогичны акту, ставшему предметом проверки <5>.
--------------------------------
<1> Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М., 1998. С. 206.
<2> Лучин В.О., Доронина О.Н. Жалобы граждан в Конституционный Суд Российской Федерации. М., 1998. С. 124 - 125.
<3> См.: Эбзеев Б.С. Конституционный Суд РФ: правовая природа, функции, основные направления деятельности // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. N 6. С. 18.
<4> См.: Марченко М.Н. Источники права: Учеб. пособие. С. 399.
<5> См.: Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы. М., 2010. С. 364.

В науке существует и противоположная точка зрения. Возражая против отнесения судебных актов к источникам права, В.С. Нерсесянц писал, что решение судебного органа о несоответствии рассматриваемого нормативного правового акта Конституции РФ, закону - это лишь основание для отмены данного акта компетентным правотворческим органом, а не сама отмена <1>. В качестве "прецедента толкования (уяснения для себя и разъяснения для других соответствующего существующего права)" рассматривает правовые позиции Конституционного Суда РФ В.В. Ершов <2>. Оригинальную, но не бесспорную позицию занял О.Ю. Котов. Изучив юридическую природу решений Конституционного Суда РФ, касающихся гражданского процессуального законодательства, он делает вывод о том, что решения суда не являются источниками права, но они наделяются Конституцией РФ общеобязательной силой вследствие того, что представляют собой ее самостоятельное продолжение. По мнению О.Ю. Котова, юридическую природу решений Конституционного Суда РФ "нельзя однозначно отождествить ни с нормотворчеством, ни с правоприменением. По своей природе это особые решения государственного органа, принятые во исполнение Конституции, наделенные ею силой общеобязательности, декларирующие, исходя из известных конституционных принципов, содержание того или иного права и на основе этого констатирующие конституционность или неконституционность нормы текущего законодательства" <3>. На нормативность правовой позиции Конституционного Суда РФ обращает внимание А.В. Габов <4>.
--------------------------------
<1> См.: Судебная практика как источник права / Отв. ред. Б.Н. Топорнин. С. 34 - 41.
<2> См.: Ершов В.В. Прецеденты толкования Европейского суда по правам человека // Российское правосудие. 2007. N 1 (9). С. 29.
<3> Котов О.Ю. Влияние решений Конституционного Суда Российской Федерации на гражданское судопроизводство. М., 2002. С. 56 - 57.
<4> Габов А.В. Влияние правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации на судебную практику // Судебная практика в современной правовой системе России / Под ред. Т.Я. Хабриевой, В.В. Лазарева.

Разнообразие научных воззрений относительно юридической природы постановлений Конституционного Суда РФ связано с многоплановостью и комплексным характером исследуемого явления. С учетом этого хотелось бы обратить внимание на двойственный характер Конституционного Суда РФ: с одной стороны, он является органом правосудия, а с другой - конституционным органом государственной власти и одним из высших органов государственной власти. Поэтому нет оснований рассматривать деятельность Конституционного Суда РФ как чисто судебную деятельность. Анализ законодательства и практики Конституционного Суда РФ позволяет сделать вывод о его особом статусе, связанном с наличием права императивно воздействовать на законодательную деятельность высших государственных органов и субъектов Российской Федерации. Решая вопрос о конституционности оспоренных норм, Конституционный Суд РФ неизбежно вторгается в решение более масштабных юридических проблем, формирует основы российского права <1>. Следует согласиться с выводом Л.В. Лазарева о том, что решения Конституционного Суда РФ, "не относясь в полной мере ни к одному из существенных источников права... одновременно вбирают в себя те или иные черты (признаки) и приобретают тем самым новое качество, становясь самостоятельным источником права" <2>.
--------------------------------
<1> См.: Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный суд. М., 1997. С. 112 - 114, 120 - 123; Фархтдинов Я.Ф. Источники гражданского процессуального права. С. 356; Самостоятельность и независимость судебной власти / Под ред. В.В. Ершова. М., 2006. С. 147.
<2> Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда РФ. М., 2008. С. 53.

Не ставя перед собой задачи анализа всей дискуссии по данной проблеме, хотим обратить внимание на значение постановлений Конституционного Суда РФ для гражданского, арбитражного процессов, административного судопроизводства. Анализ конкретных актов Конституционного Суда РФ, воздействующих на гражданское и арбитражное судопроизводство, невозможен без уяснения вопроса об обязательности и прецедентности постановлений Конституционного Суда РФ. В отличие от решений арбитражного суда и суда общей юрисдикции в постановлениях Конституционного Суда РФ обязательное значение имеет не только резолютивная, но и мотивировочная часть, поскольку в последней сосредоточены правовые позиции суда.
Правотворческая сущность решений Конституционного Суда РФ обусловлена сформулированными в них правовыми позициями <1>. По справедливому мнению Г.А. Гаджиева и В.И. Анишиной, понятие "правовая позиция" коррелирует с правом, а постановление Конституционного Суда РФ, содержащее оценку оспоренной нормы, всегда имеет отношение к законодательству. Признав норму права не соответствующей Конституции РФ, Конституционный Суд РФ объявляет ее недействующей, что влечет изменения в законодательстве <2>. Постановления Конституционного Суда РФ об отмене или установлении норм имеют сходство с нормативным актом и приобретают значение источника права. Нормативность, общеобязательность, принятие органом, осуществляющим деятельность по осуществлению конституционного правосудия, придают правовым позициям Конституционного Суда РФ качество формально-юридического источника права. В механизме правового регулирования они замещают дефектные законодательные нормы, вливаясь в систему права и принимая на себя функцию регулятора общественных отношений <3>. Влияние правовых позиций Конституционного Суда РФ на судебную практику осуществляется в случаях, когда: 1) суд признает неконституционными акты или их отдельные положения. Суды всех уровней не вправе принимать решения, основываясь на таких актах; 2) суд признает не соответствующим Конституции РФ закон, примененный в конкретном деле, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Конституционный Суд РФ, что признано новым обстоятельством, являющимся основанием для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений; 3) суд оценивает смысл правовой нормы, придаваемый ей сложившейся правоприменительной практикой <4>.
--------------------------------
<1> Обзор дискуссии см.: Кряжкова О.Н. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: теоретические основы и практика реализации в России. М., 2006. С. 17 - 40.
<2> См.: Самостоятельность и независимость судебной власти / Под ред. В.В. Ершова. М., 2006. С. 176.
<3> См.: Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы. С. 366.
<4> См.: Габов А.В. Указ. соч.

Постановления Конституционного Суда РФ оказали определенное влияние на развитие современного доказательственного права. Анализ правовых позиций Конституционного Суда РФ по вопросам доказывания и доказательств показывает, что в своих постановлениях суд либо формирует принципиально новую позицию, либо применяет метод расширительного толкования, состоящий в распространении на новое дело ранее созданной правовой позиции.
Можно выделить несколько направлений, по которым Конституционный Суд РФ сформировал правовые позиции, касающиеся процесса доказывания и доказательств. Предметом рассмотрения Суда были вопросы распределения бремени доказывания, предмета доказывания и фактов, не подлежащих доказыванию, использования отдельных средств доказывания, доказывания на проверочных стадиях судопроизводства.
Примером оценки Конституционным Судом РФ смысла правовой нормы, придаваемой ей сложившейся судебной практикой, служит Постановление Конституционного Суда РФ от 20 октября 2015 г. N 27-П "По делу о проверке конституционности части третьей статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.И. Кабанова и В.А. Мартынова". Оценивая толкование ч. 3 ст. 333 ГПК РФ, Конституционный Суд РФ указал, с учетом характера и сложности процессуального вопроса, доводов и возражений на частную жалобу относительно исследования доказательств, на отсутствие необходимости вызова лиц, участвующих в деле, в суд апелляционной инстанции и извещения их о времени и месте его проведения, предполагая при этом, что сторонам будет обеспечена возможность посредством процессуальных механизмов (процедур) письменного производства без проведения слушания с участием сторон изложить свои возражения по рассматриваемому вопросу и направить суду письменные доказательства. Если для проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции, на которое подана частная жалоба, суду апелляционной инстанции необходимо исследовать и оценить не только доказательства, положенные в основу данного определения, но и представленные стороной новые доказательства, которые не были ею представлены в суд первой инстанции по уважительной причине, суд апелляционной инстанции обязан назначить судебное заседание с проведением слушания и известить лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания <1>.
--------------------------------
<1> В Особом мнении судьи Конституционного Суда Г.А. Жилина высказано мнение о несоответствии ч. 3 ст. 333 ГПК РФ Конституции РФ // Вестник Конституционного Суда РФ. 2016. N 1.

в Постановлении от 19 мая 1998 г. N 15-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 2, 12, 17, 24 и 34 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате" Конституционный Суд РФ охарактеризовал деятельность частных нотариусов как юридическую, что "гарантирует доказательственную силу и публичное признание нотариально оформленных документов и предопределяет специальный публично-правовой статус нотариусов" (п. 2) <1>. Данная правовая позиция была использована в качестве аргументации публично-правового характера деятельности нотариусов, занимающихся частной практикой, в п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. N 18-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 1, 2, 4 и 6 Федерального закона от 4 января 1999 года "О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1999 год" и статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1999 года "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1998 год" в связи с жалобами граждан, общественных организаций инвалидов и запросами судов" <2>.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 1998. N 22. Ст. 2491.
<2> СЗ РФ. 2000. N 3. Ст. 353.

Значительное внимание в Постановлениях Конституционного Суда РФ уделяется общим и частным правилам распределения обязанностей по доказыванию. В этом аспекте представляет интерес Постановление от 25 января 2001 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова" <1>. В нем была сформулирована правовая позиция, в соответствии с которой подлежит возмещению государством вред, причиненный при осуществлении гражданского судопроизводства в результате незаконных действий (или бездействия), не только при разрешении дела по существу, но и в иных случаях, если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. При этом специальное внимание уделялось вопросу распределения обязанностей по доказыванию. По общему правилу бремя доказывания отсутствия вины возлагается на причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Однако по спорам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов судебной власти, не действует презумпция виновности причинителя вреда, вина которого устанавливается за пределами производства по иску о возмещении вреда. Поэтому обычное для деликтных обязательств решение вопроса о распределении бремени доказывания и о допустимости доказательств вины причинителя вреда могло бы "парализовать" всякий контроль и надзор за осуществлением правосудия из-за опасения породить споры о возмещении причиненного вреда. Исходя из особенностей гражданского процессуального доказывания, а также учитывая, что активность суда в собирании доказательств ограничена, Конституционный Суд РФ указал на взаимосвязь ответственности государства за вред, причиненный при осуществлении правосудия в порядке гражданского судопроизводства, с уголовно наказуемым деянием судьи, а также с противоправным действием (бездействием) судьи, установленным иным судебным решением.
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2001. N 7. Ст. 700.

Непосредственное влияние на распределение бремени доказывания по делам, возникающим из публичных правоотношений, имеет Постановление Конституционного Суда РФ от 16 июля 2004 г. N 15-П "По делу о проверке конституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан" <1>. В нем, в частности, отмечалось, что принцип диспозитивности, значимый при рассмотрении дел, возникающих из публичных
Безымянная страница

Юридическая литература:
- Права и обязанности предпринимателя при взаимоотношениях с правоохранительными органами: закон и практика
- Комментарий к Федеральному закону от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних
- Аккредитация испытательных лабораторий на примере работы агрохимической службы: учебное пособие
- Комментарий к Федеральному закону от 26 декабря 2008 г. N 294-ФЗ О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля
- Административное право Российской Федерации: учебник
- Исполнительное производство: Учебник
- Комментарий к Федеральному закону от 29 декабря 2012 г. N 273-ФЗ Об образовании в Российской Федерации
- Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть первая
- Предпринимательское право России: итоги, тенденции и пути развития: монография
- Адвокатура в России: учебник для вузов
- Прокурорская проверка. Методика и тактика проведения: учебное пособие
- Постатейный комментарий к Кодексу РФ об административных правонарушениях. Часть вторая
- Курс доказательственного права: Гражданский процесс. Арбитражный процесс. Административное судопроизводство
- Правовые основы военно-технического сотрудничества
- Постатейный комментарий к Кодексу РФ об административных правонарушениях. Часть первая
- Размышляя о судопроизводстве: Избранное
- Продажа или приобретение бизнеса: правовое сопровождение сделки: монография
- Комментарий к Федеральному закону от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ Об обществах с ограниченной ответственностью
Комментарий к Федеральному закону от 18 июля 2011 г. N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц 2019 год.
- О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд: научно-практический комментарий к Федеральному закону от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ 2019 год.
- Наследование имущества: от совершения завещания до приобретения наследства 2019 год.
- E-commerce и взаимосвязанные области (правовое регулирование): Сборник статей 2019 год.
- Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации 2019 год.(постатейный)
- Юридическая помощь: вопросы и ответы
- Трудовое право России: Учебник
- Наследственное право
- Юридический справочник застройщика
- Гражданское право: Учебник : Том 1
- Единый налог на вмененный доход: практика применения
- Защита прав потребителей жилищно-коммунальных услуг: как отстоять свое право на комфортное проживание в многоквартирном доме
- Транспортные преступления: понятие, виды, характеристика: Монография
- Бюджетное право: Учебник
- Страхование для граждан: ОСАГО, каско, ипотека
- Договор трансграничного займа: право и практика
- Судебный конституционный нормоконтроль: осмысление российского опыта: Монография
- Несостоятельность (банкротство) юридических и физических лиц: Учебное пособие
- Оценочная деятельность в арбитражном и гражданском процессе
- Административное судопроизводство
- Деликтные обязательства и деликтная ответственность в английском, немецком и французском праве
- Гражданское право том 1
- Гражданское право том 2
- Защита интеллектуальных прав
- Право интеллектуальной собственности
- Земельное право
- Налоговое право
- Конституционно-правовые основы антикоррупционных реформ в России и за рубежом
- Семейное право
- Конституционное право Российской Федерации
На правах рекламы:

Copyright 2007 - 2019 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!