Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
style="max-height: 50vh;">
2.6.3. Место и роль международного договора о торговле
оружием в системе международно-правового регулирования
торговли продукцией военного назначения

Как отмечает МИД России <1>, МДТО является юридически обязывающим документом, регламентирующим международную торговлю оружием. Сфера применения МДТО распространяется на следующие категории обычных вооружений: боевые танки, боевые бронированные машины, артиллерийские системы большого калибра, боевые самолеты, боевые вертолеты, военные корабли, ракеты и ракетные пусковые установки, стрелковое оружие и легкие вооружения.
--------------------------------
<1> http://www.mid.ru/foreign_policy/international_safety/regprla/asset_publisher/YCxLFJnKuD1W/content/id/1125404

Amnesty International подчеркивает <1>, что МДТО - международный договор, устанавливающий в первую очередь запрет на международные поставки государствами оружия, боеприпасов и сопутствующего оборудования в случае, если известно, что они могут быть использованы для совершения или содействия геноциду, преступлениям против человечества или военным преступлениям. Ключевые положения, касающиеся прав человека, содержатся в ст. 6 Договора, запрещающей поставки оружия в случае, если имеется озабоченность по поводу соблюдения прав человека, а также в ст. 7, которая требует оценить угрозу того, что экспортируемые вооружения могут повлечь "негативные последствия" для мира, безопасности и прав человека. Договор не требует "сбалансирования" экспортных рисков, вместо этого государства-участники должны проводить тщательную оценку рисков, связанных с "негативными последствиями" каждой возможной экспортной поставки.
--------------------------------
<1> https://amnesty.org.ru/ru/2016-08-22-att/

Идею разработать такой международный инструмент впервые выдвинула Великобритания в 2005 г., ее поддержало большинство других государств. В результате в декабре 2006 г. была принята Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН N 61/89, поручившая Генеральному секретарю ООН запросить мнения государств-участников относительно осуществимости заключения, сферы применения и набросков параметров всеобъемлющего, юридически обязывающего документа об установлении общих международных стандартов в сфере передачи обычных вооружений, а также учредившая Группу правительственных экспертов (ГПЭ) для дальнейшей проработки этих вопросов.
24 декабря 2014 г. Договор вступил в силу. Первая конференция стран - участниц Договора состоялась 24 - 27 августа 2015 г. в г. Канкун (Мексика), вторая - 22 - 26 августа 2016 г. в Женеве (Швейцария). Третья конференция прошла 11 - 15 сентября 2017 г. Для работы в межсессионный период созданы две Рабочие группы - по транспарентности и отчетности, а также по эффективной имплементации Договора. Секретариат МДТО размещается в Женеве.
По состоянию на июнь 2017 г. МДТО подписали 130 государств, ратифицировали - 92, в том числе все члены Евросоюза. Из крупнейших импортеров и экспортеров оружия участниками МДТО не являются Индия, Китай, Пакистан, Саудовская Аравия, а также все без исключения государства - члены ОДКБ (в рамках СНГ к нему присоединилась только Молдавия; в сентябре 2014 г. МДТО подписала, но до сих пор не ратифицировала Украина). США, традиционно занимающие лидирующие позиции на мировом рынке вооружений, подписали МДТО в сентябре 2013 г., но ратифицировать его не планируют.
Столь широкий охват подписавших МДТО государств создает условия для признания его универсального характера. Однако анализ его содержания и практической реализации показывает безосновательность такой квалификации МДТО.
Во-первых, регулирование вопросов международной торговли продукцией военного назначения в МДТО носит преимущественно отсылочный характер к регулированию национальных правовых систем. Даже, казалось бы, нормы прямого действия ст. 6 МДТО, устанавливающие жесткие и однозначные запреты на поставку ПВН, нивелированы в последующем в ст. 7, создающей механизм их практической реализации через отсылочные нормы национальных законодательств. Так, ч. ч. 2 и 3 ст. 6 устанавливают, в частности, следующие запреты:
государство-участник не дает разрешения на передачу обычных вооружений, если такая передача станет нарушением его соответствующих международных обязательств по международным соглашениям, участником которых оно является, в частности тех, которые касаются передачи обычных вооружений или их незаконного оборота;
государство-участник не дает разрешения на передачу обычных вооружений, если на момент принятия решения о выдаче разрешения оно обладает достоверным знанием о том, что эти вооружения или средства будут использованы для совершения актов геноцида, преступлений против человечности, серьезных нарушений Женевских конвенций 1949 г., нападений на гражданские объекты или гражданских лиц, которые пользуются защитой как таковые, или других военных преступлений, как они определены в международных соглашениях, участником которых оно является.
Соответствие передачи ПВН своим международным обязательствам, квалификация такой передачи в качестве незаконного оборота, а особенно определение достоверного знания о нарушении передачей ПВН общепризнанных норм в области гуманитарного права должно сопровождаться национальной оценкой таких факторов, что практически размывает, казалось бы, жесткие формулировки международного регулирования до минимизации их практической действенности в рамках национальных правовых систем. Достаточно взглянуть на ст. 7 МДТО, чтобы признать низкую действенность установленных Договором запретов:
каждое государство-участник, выступающее в роли экспортера, перед выдачей разрешения на экспорт находящихся под его юрисдикцией обычных вооружений, руководствуясь своей национальной системой контроля, оценивает объективным и недискриминационным образом, учитывая соответствующие факторы, включая информацию, предоставленную государством-импортером, вероятность того, что обычные вооружения или средства:
a) будут способствовать миру и безопасности или нанесут им ущерб;
b) могут быть использованы:
i) для совершения или содействия совершению серьезного нарушения международного гуманитарного права;
ii) для совершения или содействия совершению серьезного нарушения международного права прав человека;
iii) для совершения или содействия совершению деяния, являющегося преступлением согласно международным конвенциям или протоколам по вопросу о терроризме, участником которых является это государство-экспортер; или
iv) для совершения или содействия совершению деяния, являющегося преступлением согласно международным конвенциям или протоколам по вопросу о транснациональной организованной преступности, участником которых является это государство-экспортер.
Если после проведения такой оценки и рассмотрения доступных мер смягчения риска государство-участник, выступающее в роли экспортера, определяет наличие безусловного риска возникновения любого из тех негативных последствий, то оно не дает разрешения на осуществление экспортной операции.
В результате оценочного характера практической реализуемости жестких норм МДТО после трех лет вступления его в силу имеют место многочисленные примеры его нарушения подписавшими странами.
Amnesty International приводит следующие примеры <1>.
--------------------------------
<1> ООН: Нулевая терпимость в отношении государств, пренебрегающих своими обязательствами по Договору о торговле оружием // https://amnesty.org.ru/ru/2016-08-22-att.

США, подписавшие МДТО, а также государства Евросоюза, ратифицировавшие его, в том числе Болгария, Чешская Республика, Франция и Италия, продолжают масштабные поставки стрелкового оружия, легких вооружений, боеприпасов, бронетехники и полицейского оборудования в Египет, несмотря на жестокое подавление властями инакомыслия, в результате чего были незаконно убиты сотни протестующих, тысячи были арестованы и, как сообщается, подвергались под стражей пыткам начиная с 2013 г.
В 2014 г. Франция, в частности, вновь предоставила экспортные лицензии среди прочего на высокотехнологичные бронеавтомобили "Шерпа", которые силовые структуры использовали в ходе убийств сотен протестующих у мечети Рабаа аль-Адавийя всего годом ранее.
Оружие, приобретенное у стран, подписавших МДТО, по-прежнему способствовало разжиганию кровавых гражданских войн. В частности, в 2014 г. Украина одобрила экспортные поставки 830 легких пулеметов и 62 крупнокалиберных пулеметов в Южный Судан. Через шесть месяцев после подписания МДТО, 19 марта 2015 г., украинские власти предоставили экспортную лицензию на поставки в Южный Судан неустановленного числа оперативных боевых вертолетов Ми-24. Три боевых вертолета в данный момент используются правительственными силами Южного Судана, и, как сообщается, ожидается поставка еще одного.
Подписав МДТО, правительство Украины согласилось не предпринимать никаких действий, подрывающих сущность или цели данного договора, в том числе обеспечить, чтобы поставки вооружений не осуществлялись в тех случаях, когда известно, что они могут использоваться для совершения военных преступлений, в том числе прямых атак мирного населения. Принятые Украиной решения о поставке вооружений совершенно не отвечают тому, что происходит в Южном Судане, где на мирных жителей, укрывающихся в госпиталях и религиозных постройках, живущих под защитой миротворческой миссии ООН, совершаются нападения и убийства.
В результате аморфности норм МДТО и отсутствия каких-либо видимых результатов его влияния на международный трансфер продукции военного назначения представитель Российской Федерации в Первом комитете 72-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН В.И. Ермаков подчеркивает, что ни о какой "универсализации" МДТО теперь никто из серьезных экспертов уже не говорит <1>. Как отмечает директор Департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД России Михаил Ульянов <2>: "Мы решили не присоединяться. Взвесили все "за" и "против" и решили, что нам это необязательно", - сказал он. По словам дипломата, МДТО - "слишком слабый договор", который при этом возлагает "определенную нагрузку на его участников".
--------------------------------
<1> Выступление Представителя Российской Федерации в Первом комитете 72-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН В.И. Ермакова в рамках общеполитической дискуссии по разделу "Обычные вооружения" // http://russiaun.ru/ru/news/lsom_convarms.
<2> https://it4business.bfm.ru/news/293124

В результате, несмотря на серьезные усилия международного сообщества по регламентации вопросов передачи ПВН, в настоящее время можно сделать вывод, что МДТО не является сколь-нибудь значимым элементом международно-правового регулирования вопросов передачи продукции военного назначения между государствами. Как и 15 лет назад <1>, вопросы международного трансфера продукции военного назначения преимущественно регламентируются национальными правовыми системами, а отдельные вопросы военно-технического сотрудничества Российской Федерации - в двухсторонних межправительственных соглашениях либо в соглашениях в рамках ОДКБ (см. п. 2.2 настоящего комментария).
--------------------------------
<1> 15 лет назад в теоретико-правовом исследовании, посвященном вопросам военно-технического сотрудничества, был сделан вывод: "...международная система не содержит действенных институциональных механизмов, контролирующих поставки вооружений и военной техники в иностранные государства, а международное право - общепризнанные нормы и принципы регулирования оборота этой продукции" (см.: Кудашкин В.В. Государственное регулирование торговли продукцией военного назначения с иностранными государствами: теория и практика. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 51).

 Скачать
правое меню
Реклама:

Счетчики:
На правах рекламы:
Copyright 2007 - 2019 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!