Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
Статья 6. Гарантии безопасности гражданина в связи с его обращением

Комментарий к статье 6

1. Статья 6 комментируемого Закона закрепляет два положения, предоставляющих гражданам, обратившимся в государственные и (или) муниципальные органы и к должностным лицам, связанным с этими органами служебными отношениями, гарантии соблюдения прав и интересов данных граждан и обеспечения их безопасности. Применение данной статьи нацелено на исключение неблагоприятных последствий для граждан, обратившихся к публичным субъектам.
2. Часть 1 ст. 6 комментируемого Закона запретила преследование гражданина в связи с его обращением в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу с критикой деятельности указанных органов или должностного лица либо в целях восстановления или защиты своих прав, свобод и законных интересов либо прав, свобод и законных интересов других лиц. Приведенная норма - пример нормы-запрета, имеющей прямое отношение к гарантиям конституционных прав и свобод граждан. Граждане только тогда могут свободно и безбоязненно реализовывать свое право на обращение, когда не опасаются преследований в связи с этим. Такое преследование на практике может иметь место, как правило, в случаях сообщения в обращении информации о злоупотреблениях со стороны должностных лиц либо о недостатках в функционировании органов власти.
Еще в 1986 году Пленум Верховного Суда СССР отмечал, что нарушение установленного порядка рассмотрения предложений, заявлений и жалоб, бюрократическое отношение к ним, волокита, а также преследование граждан за критику влекут ответственность виновных должностных лиц в соответствии с законодательством вплоть до предания суду. Некоторые суды недооценивают общественную опасность такого рода действий, не учитывают, что формально-бюрократическое отношение к предложениям, заявлениям, жалобам, преследование за критику причиняют существенный вред государственным и общественным интересам, законным правам и интересам граждан, подрывают авторитет государственных и общественных органов. В частности, рассматривая дела о восстановлении на работе, снятии дисциплинарного взыскания, выплате премии и других трудовых спорах, суды должны тщательно проверять доводы истцов о том, что нарушение их прав явилось следствием обращения с предложениями, заявлениями и жалобами или критических выступлений (см. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 18 апреля 1986 г. N 9 "О применении судами законодательства об ответственности должностных лиц за нарушение порядка рассмотрения предложений, заявлений, жалоб граждан и преследование за критику").
Под преследованием в ст. 6 комментируемого Закона подразумевается широкий спектр действий и мер воздействия на гражданина в связи с его обращением в органы власти: уголовное, административное и иные потенциальные формы преследования и ущемления прав и свобод (дисциплинарное воздействие по месту работы, угрозы, распространение порочащих честь и достоинство сведений и т.д.).
В комментируемую статью целесообразно внести изменения либо на практике ее содержание толковать расширительно: необходим запрет преследования, и, соответственно, защита, не только обратившегося гражданина, но и членов его семьи. Корректировка текста статьи обеспечит ее реальное действие как гарантии защиты граждан на практике.
Также гражданам не следует беспокоиться о том, что их обращение в органы власти приведет к их привлечению к гражданско-правовой ответственности за распространение не соответствующих действительности порочащих сведений, если сведения, указанные в обращении в отношении конкретного лица, не подтвердятся. Требования такого лица о защите чести и достоинства не будут удовлетворены, если он оспорит сведения, изложенные в официальном обращении в государственный орган или к должностному лицу, при этом само обращение не содержит оскорбительных выражений и обусловлено намерением лица, обратившегося с обращением, реализовать свое конституционное право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления.
Согласно позиции Верховного Суда, если гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения, но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ. В указанном случае имеет место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений (см. п. 9 утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16 марта 2016 г. Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации).

Пример: З.И. обратился с иском к К., И.В., И.Т., П. о защите чести и достоинства, деловой репутации, обязании опровергнуть сведения, компенсации морального вреда. В обоснование своего иска указал, что ответчики в своем письменном обращении по месту его службы в МЧС России распространили порочащие истца сведения, не соответствующие действительности, которые умаляют его честь и достоинство. В заявлении ответчики утверждают, что истец нарушает действующее законодательство посредством незаконного участия в общих собраниях СНТ "Фронтовики Ю.А.О.". Судом было установлено, что на протяжении длительного времени между матерью истца З.Е.А. и ответчиками, как членами СНТ "Фронтовики Ю.А.О.", имеют место многочисленные споры по поводу порядка управления СНТ, в том числе судебные споры.
В данном случае, по мнению суда, ответчики своим обращением в МЧС России реализовывали свое конституционное право на обращение в органы, которые обязаны проверять поступившую информацию, а не совершили распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Из содержания обращения ответчиков в МЧС России не следует, что оно содержит оскорбительные выражения в отношении противоположной стороны. Данные обращения были продиктованы исключительно намерением защитить свои права и охраняемые законом интересы. Доказательств, свидетельствующих о том, что указанное обращение ответчиков было продиктовано исключительно намерением причинить вред истцу, суду не представлено, как и не представлено доказательств порочащего характера сведений, распространенных ответчиком, относящихся непосредственно к истцу.
Оценивая доводы истца и представленные им доказательства, доводы ответчиков, изложенные в возражении на иск, суд не установил факт порочащего характера сведений, изложенных ответчиками в заявлении в МЧС России.
Суд пришел к выводу о том, что изложенные в заявлении ответчиками сведения являются субъективным мнением, убеждением, суждением ответчиков. Их доводы, изложенные в заявлении, необходимо рассматривать исходя из ситуации, сложившейся в СНТ "Фронтовики Ю.А.О." в целом, в связи с чем доводы ответчиков нельзя оценивать как утверждение о факте совершения истцом противоправных действий (см. Апелляционное определение Московского городского суда от 18 октября 2019 г. по делу N 33-46054/2019.
Также см., например, Апелляционное определение Московского городского суда от 14 августа 2019 г. по делу N 33-36844/2019; Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 23 июня 2015 г. по делу N 33-10181/2015; Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 20 февраля 2019 г. по делу N 33-1530/2019; решение Арбитражного суда Свердловской области от 10 августа 2015 г. по делу N А60-21306/2015).

Требования об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации могут быть удовлетворены лишь в случае, если обращение в государственные органы или органы местного самоуправления не имело под собой никаких оснований и было продиктовано исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом. Поэтому в свое время Верховный Суд СССР рекомендовал "обратить внимание судов на то, что, защищая права и интересы граждан, закон в то же время предусматривает ответственность за подачу заявлений, жалоб в клеветнических целях. Если будет установлено, что они поданы в целях распространения заведомо ложных, позорящих другое лицо измышлений, этому лицу должно быть разъяснено его право обратиться в суд с жалобой о возбуждении дела за клевету" (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 18 апреля 1986 г. N 9 "О применении судами законодательства об ответственности должностных лиц за нарушение порядка рассмотрения предложений, заявлений, жалоб граждан и преследование за критику").
3. Часть 2 ст. 6 комментируемого Закона закрепляет нормативные положения, нацеленные на обеспечение конфиденциальности информации, содержащейся в обращении гражданина, и, прежде всего, персональной информации, относящейся к категории информации о частной жизни лица.
Наряду с прямым запретом разглашать конфиденциальную информацию, относящуюся к интересам и личности обратившегося гражданина, ст. 6 комментируемого Закона подразумевает два основания для легитимного разглашения третьим лицам указанной информации:
1) в случае, если лицо дало согласие на ее разглашение;
2) при необходимости для разрешения вопроса или просьбы, послуживших основанием обращения, предоставить сведения о гражданине иному государственному органу, органу местного самоуправления, должностному лицу, к компетенции которых относится разрешение вопросов и просьб, сформулированных в обращении. Иное сделало бы невозможным рассмотрение жалобы по существу.
Защита информации личного характера, в том числе персональных данных, - это важная составляющая информационной политики российского государства по отношению к гражданам. Понятие "персональные данные" и правовой режим их использования раскрываются Федеральным законом от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ "О персональных данных". Персональные данные - это любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).
Гарантия, установленная в ч. 2 ст. 6 комментируемого Закона, имеет существенное значение для защиты личных данных граждан. Содержащаяся в документах и материалах обращения информация зачастую попадает в информационное пространство сети Интернет, это допускается законодательством. Так, в соответствии с ч. 4 ст. 10 комментируемого Закона, на поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу обращение, содержащее предложение, заявление или жалобу, которые затрагивают интересы неопределенного круга лиц, в частности на обращение, в котором обжалуется судебное решение, вынесенное в отношении неопределенного круга лиц, ответ, в том числе с разъяснением порядка обжалования судебного решения, может быть размещен на официальном сайте данных государственного органа или органа местного самоуправления. При этом в данном случае обязательно должен соблюдаться запрет на распространение личных сведений о подателе обращения, установленный в ч. 2 ст. 6 комментируемого Закона. Такие ответы на обращения публикуются без указания данных о лице, которое их подало.
Комментируемая норма конкретизирует применительно к правоотношениям, возникающим в сфере обращения граждан в государственные и муниципальные органы и к должностным лицам, положения Конституции: ст. ст. 23 и 24.
Статья 23 Конституции гарантирует право граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени; право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Статья 24 устанавливает запрет, согласно которому сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. При этом органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.
Специальные нормативные правовые акты, регламентирующие права граждан в сфере информации, также предусматривают похожие по содержанию нормы, принятые в развитие соответствующих конституционных положений. Так, согласно ст. 3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" гарантируется неприкосновенность частной жизни, недопустимость сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия.
Законодательство предусматривает уголовную ответственность за нарушение тайны частной жизни. Так, в соответствии со ст. 137 УК составом преступления признается нарушение неприкосновенности частной жизни. Состав преступления составляют незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации. Квалифицированным субъектом данного преступления являются должностные лица: использование для совершения указанных деяний своего служебного положения считается отягчающим обстоятельством. Статья 285 УК предусматривает также уголовную ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, ст. 286 - за превышение должностных полномочий. Квалификация в качестве таковых уголовно наказуемых деяний действий и бездействия, решений должностных лиц возможна и в сфере отношений по рассмотрению обращений граждан в государственные и муниципальные органы и к должностным лицам, связанным с этими органами служебными отношениями.
КоАП закрепляет административную ответственность за нарушение установленного порядка сбора, хранения, использования или распространения информации о гражданах (персональных данных). Этот состав применим и для квалификации правонарушений, совершаемых в правоотношениях, возникающих при рассмотрении обращений граждан. В соответствии со ст. 13.11 КоАП состав правонарушения составляют обработка персональных данных в случаях, не предусмотренных законодательством Российской Федерации в области персональных данных, либо обработка персональных данных, несовместимая с целями сбора персональных данных, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 настоящей статьи, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния. Обработка персональных данных без согласия в письменной форме субъекта персональных данных на обработку его персональных данных в случаях, когда такое согласие должно быть получено в соответствии с законодательством в области персональных данных, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, либо обработка персональных данных с нарушением установленных законодательством в области персональных данных требований к составу сведений, включаемых в согласие в письменной форме субъекта персональных данных на обработку его персональных данных, наказываются строже.
В связи с нарушением тайны частной жизни виновное должностное лицо может быть привлечено и к гражданско-правовой ответственности: потерпевший может взыскать с него компенсацию морального вреда, возмещение убытков в связи с распространением сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию граждан (организаций). Часть 1 ст. 16 комментируемого Закона устанавливает, что гражданин имеет право на возмещение убытков и компенсацию морального вреда, причиненных незаконным действием (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица при рассмотрении обращения, по решению суда. Компенсация морального вреда регламентирована ст. 151 и иными положениями ГК: если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В соответствии с п. 9 ст. 152 ГК гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.
Недолжное исполнение обязанностей должностными лицами влечет также привлечение их к дисциплинарной ответственности на основании законодательных актов о службе в конкретных органах власти и управления.
Закрепленные в ч. 2 ст. 6 комментируемого Закона гарантии конфиденциальности информации, содержащейся в обращении гражданина и прежде всего персональной информации, реализуются также путем установления соответствующих обязанностей должностных лиц в специальном законодательстве о государственной и муниципальной службе, в том числе в Федеральном законе от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" (прежде всего, ст. 15), Федеральном законе от 2 марта 2007 г. N 25-ФЗ "О муниципальной службе в Российской Федерации" (прежде всего, ст. 12) и законодательных актах о службе в конкретных органах власти и управления. Служащим запрещено не разглашать сведения, ставшие им известными в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство.
Защита конфиденциальной информации о частной жизни граждан и их персональных данных - важнейшая проблема на практике, возникающих в связи с этим судебных споров немало, о чем свидетельствует анализ судебных актов (см., например, Постановление Ивановского областного суда от 26 сентября 2018 г. N 4а-252/2018; Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 24 декабря 2018 г. по делу N 2а-2898/2018; Апелляционное определение Московского городского суда от 6 марта 2018 г. по делу N 33-8777/2018).

Пример: адвокат К., представляющий интересы Б.И.А. по уголовному делу, возбужденному следователем по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК, направил адвокатский запрос в областное ГУ МВД России с приложением копии ордера, в котором просил предоставить: распечатки электронных протоколов регистрации обращения в электронной базе МВД России; сведения о точном времени регистрации указанного обращения в электронной базе МВД России; распечатки подтверждающих документов; сведения о тексте указанного обращения, содержащегося в электронной базе МВД России, распечатки подтверждающих документов. Также адвокатом К. аналогичный запрос направлен в Департамент информационных технологий, связи и защиты информации МВД России, в котором адвокат дополнительно просил предоставить сведения о заявителе обращения. Аналогичный запрос адвокатом направлен на имя начальника Министерства внутренних дел Российской Федерации, в котором также указано, что сотрудники областного ГУ МВД России отказываются предоставлять запрашиваемую информацию, которая имеет существенное значение для доказывания по уголовному делу.
Из материалов проверок по обращениям К. следует, что адвокатские запросы были направлены на рассмотрение в областное ГУ МВД России. На вышеуказанные адвокатские запросы сотрудниками областного ГУ МВД России адвокату К. были направлены ответы с указанием о перерегистрации заявления в журнал учета письменных обращений граждан и направлении в оперативно-розыскную часть собственной безопасности ГУ МВД России по области для рассмотрения в порядке, установленном комментируемым Законом. Оперативно-розыскной частью области указанное обращение К. рассмотрено с направлением ему ответа на адрес коллегии адвокатов с указанием об отказе в предоставлении копий распечатки данных о регистрации обращения в связи с возможным нарушением прав, свобод и законных интересов других лиц, а также запретом разглашения данных предварительного следствия (см. Апелляционное определение Свердловского областного суда от 5 июля 2017 г. по делу N 33а-10840/2017).

Приведенный пример судебного дела - пример того, как реализуются положения комментируемого Закона применительно к реализации гражданами своего права на обращение в государственные органы в различных сферах.

правое меню
Реклама:

Счетчики:
На правах рекламы:


Copyright 2007 - 2020 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!