Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
style="max-height: 50vh;">
Дела, связанные с удостоверением решения общего собрания
участников хозяйственных обществ (п. п. 2 и 3 Обзора)

В ходе реформы гражданского законодательства в целях предотвращения рейдерских захватов и различного рода злоупотреблений в ГК РФ с 01.09.2014 <1> была введена норма, требующая специального удостоверения решения общего собрания участников хозяйственных обществ.
--------------------------------
<1> См.: Федеральный закон от 05.05.2014 N 99-ФЗ "О внесении изменений с главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации".

Согласно подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения посредством очного голосования <1> и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении:
1) публичного акционерного общества лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии (п. 4 ст. 97);
2) непубличного акционерного общества путем нотариального удостоверения или удостоверения лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии;
3) общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.
--------------------------------
<1> Уточнение о том, что требуется удостоверение не всех решений собраний, а лишь проводимых посредством очного голосования, вступило в силу с 01.10.2019 (см. Федеральный закон от 18.03.2019 N 34-ФЗ "О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

При отсутствии удостоверения решения собрания в указанном выше порядке соответствующее решение считается ничтожным <1>.
--------------------------------
<1> См. абз. 3 п. 107 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25.

С введением данного регулирования наибольшее число вопросов на практике вызвало соблюдение порядка <1> удостоверения решений собраний участников обществ с ограниченной ответственностью. Сформулированное диспозитивно общее правило требует, чтобы решения собраний участников таких хозяйственных обществ удостоверялись нотариально, а исключения из него могут быть установлены уставом либо единогласным решением общего собрания. Нотариальное удостоверение решений собраний участников хозяйственных обществ, безусловно, влечет за собой дополнительные организационные и финансовые издержки на проведение этой процедуры, и многие общества стремятся ее избежать, принимая внутренние корпоративные акты, устанавливающие альтернативные способы удостоверения, позволяющие не прибегать к услугам нотариусов. В то же время само принятие таких корпоративных актов о введении альтернативных процедур удостоверения решений собраний требует соблюдения собственных процедур, о которых часто забывают на практике.
--------------------------------
<1> См. ст. 103.10 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 N 4462-1; п. п. 68 - 74 Регламента совершения нотариусами нотариальных действий (утв. Приказом Минюста России от 30.08.2017 N 156); Пособие удостоверения нотариусом принятия общим собранием участников хозяйственного общества решения и состава участников общества, присутствовавших при его принятии (утв. письмом Федеральной нотариальной палаты от 01.09.2014 N 2405/03-16-3).

Например, в ГК РФ прямо ничего не сказано о том, требует ли нотариального удостоверения единогласное решение участников общества с ограниченной ответственностью о введении альтернативного порядка подтверждения решений собраний. Многие общества с ограниченной ответственностью исходили из того, что по смыслу подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ само по себе такое решение не требует нотариального удостоверения, и принимали единогласные решения участников, освобождающие общества от необходимости соблюдения нотариальной процедуры подтверждения последующих решений. Вопрос о том, соответствует ли такая практика закону, является спорным. Однако учитывая, что она приобрела массовый характер, положения ГК РФ можно было истолковать и в пользу ее законности, учитывая, что возложение на участников обществ с ограниченной ответственностью обязанности нотариально удостоверять сами единогласные решения собраний об отсутствии необходимости такого удостоверения, очевидно, является излишним обременением, особенно для обществ, относящихся к малому бизнесу. Между тем ВС РФ применил ограничительное толкование закона, ломающее такую практику.
Один из таких случаев нашел отражение в п. 2 Обзора, когда участники общества с ограниченной ответственностью представили в регистрирующий орган протокол общего собрания, на котором было единогласно принято решение о внесении изменений в учредительные документы и установлен иной способ подтверждения решения. Однако решением регистрирующего органа обществу отказано в государственной регистрации вносимых изменений со ссылкой на подп. "а" п. 1 ст. 23 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". Регистрирующий орган посчитал, что протокол не может считаться представленным, поскольку соответствующее решение общего собрания об установлении иного способа подтверждения не было удостоверено нотариально, хотя такое удостоверение требовалось по смыслу подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ.
Суд кассационной инстанции, отменяя акты нижестоящих судов, указал, что суды первой и апелляционной инстанций проигнорировали довод о том, что решение общего собрания, которым устанавливался иной способ подтверждения, не было удостоверено нотариально. В результате в п. 2 Обзора сформулирована следующая правовая позиция: решение общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, в соответствии с которым в отношении решений общества будет применяться альтернативный способ подтверждения, требует нотариального удостоверения.
В п. 3 Обзора рассмотрен еще один вопрос, связанный с нотариальным удостоверением решений общества с ограниченной ответственностью, а именно: распространяется ли требование о нотариальном удостоверении решений собраний, предусмотренное подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, также на решения единственного участника хозяйственного общества. ВС РФ в п. 3 Обзора применил расширительное толкование подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ и установил, что требование о нотариальном удостоверении в полной мере распространяется и на решение единственного участника. При этом в обоснование такого подхода приведено два аргумента: один политико-правового, а второй - формально-юридического характера.
Первый аргумент сводится к тому, что требование о нотариальном удостоверении решений собраний направлено на то, чтобы исключить фальсификацию решения, принимаемого высшим органом общества. Поскольку решение единственного участника общества также подвержено риску фальсификации, то действие подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ в равной мере распространяется на решение единственного участника.
На наш взгляд, данное соображение не совсем корректно. Законодатель, вводя норму об удостоверении решений общих собраний участников обществ с ограниченной ответственностью, исходит из того, что в таких актах риск фальсификации гораздо выше, чем при принятии решения единоличным участником. Это связано с особой, усложненной процедурой принятия решения, требующей соблюдения порядка созыва и проведения собрания, выработки и согласования воль нескольких участников.
Сфальсифицированное решение общего собрания может нарушать права и законные интересы множества лиц, а не одного, как имеет место в решении единственного участника. Именно поэтому требование о нотариальном удостоверении было установлено лишь в отношений решений собраний, а не в отношении решений единственного участника. Кроме того, нужно помнить, что такое требование установлено диспозитивной нормой, и ее обязательное распространение на корпоративный акт (решение единственного участника), прямо в ней не предусмотренный, противоречит всей логике гражданско-правового регулирования, построенной на началах диспозитивности.
Следует также отметить, что риску фальсификации подвержено множество корпоративных актов, и при этом не только обществ с ограниченной ответственностью. Применяя политико-правовой аргумент о необходимости предотвращения фальсификаций, можно распространить правило о нотариальном удостоверении на любые решения любых органов юридического лица, причем не только обществ с ограниченной ответственностью, что вряд ли будет отвечать цели данной нормы. Поэтому аргумент о необходимости предотвращения фальсификаций вряд ли может считаться достаточным.
Второй, формально-юридический аргумент, приведенный в п. 3 Обзора, заключается в том, что "закон не содержит исключения в отношении решений единственного участника в части требования о нотариальном удостоверении". Однако данный аргумент также не выдерживает критики.
Необходимость нотариального удостоверения решений в любом случае является ограничением гражданских прав хозяйственных обществ, и как любое ограничение должно отвечать требованиям обоснованности и правовой определенности. Как указал Конституционный Суд РФ, ч. 1 ст. 19 и ч. 3 ст. 55 Конституции РФ допускают возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина федеральным законом только при условии ясности и недвусмысленности нормы права, ее единообразного понимания и толкования всеми правоприменителями и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства <1>.
--------------------------------
<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 24.06.2009 N 11-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 2 и 4 статьи 12, статей 22.1 и 23.1 Закона РСФСР "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" и статей 23, 37 и 51 Федерального закона "О защите конкуренции" в связи с жалобами ОАО "Газэнергосеть" и ОАО "Нижнекамскнефтехим".

В подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ ясно и недвусмысленно говорится о необходимости нотариального удостоверения решений собраний и ничего не говорится о таком требовании в отношении решений единственного участника. Суждение о том, что если ограничительная норма, касающаяся решений собраний, прямо не делает исключений в отношении решений единственного участника, то она распространяется и на решения единственного участника, противоречит общему принципу дозволительности гражданско-правового регулирования, согласно которому "разрешено все, что не запрещено законом". Поэтому предпринятое в п. 3 Обзора расширительное толкование подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ и распространение требования о нотариальном удостоверении также на решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью противоречит как формальной логике, так и принципу диспозитивности гражданского права.
Если бы законодатель имел намерение распространить требование о нотариальном удостоверении также на решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью, он должен был это сделать непосредственно в тексте закона, как это имело место в отношении решений единственного участника общества с ограниченной ответственностью об увеличении уставного капитала. В 2015 г. ст. 17 Закона об ООО была дополнена п. 3 <1>, согласно которому было введено требование об обязательном нотариальном удостоверении факта принятия решения собрания (и состава участников) об увеличении уставного капитала. Данная редакция п. 3 вступила в силу с 01.01.2016. После этого на практике стали возникать вопросы, распространяется ли это требование на решения единственного участника обществ с ограниченной ответственностью <2>. В связи с этим п. 3 ст. 17 был дополнен нормой, вступившей в силу с 15.07.2016, в которой прямо указано, что решение единственного участника общества об увеличении уставного капитала подтверждается его подписью, подлинность которой должна быть засвидетельствована нотариусом <3>.
--------------------------------
<1> См.: Федеральный закон от 30.03.2015 N 67-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения достоверности сведений, представляемых при государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".
<2> См., например: письмо Федеральной налоговой службы от 24.02.2016 N ГД-3-14/743@, в котором выражено мнение, что соответствующее требование распространяется и на решения единственного участника об увеличении уставного капитала.
<3> См. п. 1 ст. 3 Федерального закона от 03.07.2016 N 360-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Таким образом, сам факт внесения такого уточнения говорит о том, что без него соответствующая норма в силу требований правовой определенности должна была применяться лишь в отношении решений общих собраний обществ с ограниченной ответственностью об увеличении уставного капитала и не могла распространяться на решения единственных участников в силу расширительного толкования.
Интересно, что на заседании Научно-консультативного совета Арбитражного суда Московского округа, состоявшемся 27.04.2018, ставился вопрос о том, распространялось ли требование об обязательном нотариальном удостоверении на решения единственного участника об увеличении уставного капитала, принимаемые до вступления в силу поправки, внесенной в п. 3 ст. 17 Закона об ООО, т.е. в период с 01.01.2016 по 15.07.2016. Судебная практика была неоднозначной. Согласно одному толкованию требование о нотариальном удостоверении решений об увеличении уставного капитала стало обязательным уже с 01.01.2016 для всех обществ с ограниченной ответственностью вне зависимости от количества участников, а норма, вступившая в силу с 15.07.2016, была направлена лишь на уточнение оформления нотариального подтверждения решений единственного участника путем указания на нотариальное засвидетельствование его подписи, являющегося иным видом нотариального действия по сравнению с нотариальным удостоверением <1>.
--------------------------------
<1> См.: решение Арбитражного суда Московской области от 21.09.2017 по делу N А41-62044/2016, Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2016 по делу N А65-10416/2016, решение Арбитражного суда Ивановской области от 26.09.2016 по делу N А17-5200/2016, решение Арбитражного суда Самарской области от 06.12.2016 по делу N А55-24807/2016, решение Арбитражного суда Кемеровской области от 22.09.2016 по делу N А27-13615/2016.

На основании другого подхода в период с 01.01.2016 по 15.07.2016 никаких нотариальных действий в отношении решений единственного участника общества с ограниченной ответственностью не требовалось <1>. В результате второй подход был признан правильным, что отражено в п. 6 Протокольного решения Президиума Арбитражного суда Московского округа от 18.05.2018 N 33 <2>.
--------------------------------
<1> См.: Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 21.03.2017 по делу N А39-3999/2016.
<2> URL: https://fasmo.arbitr.ru/node/15999.

В настоящее время с учетом выраженной в п. 3 Обзора позиции ВС РФ судами, по всей видимости, будет применяться расширительное толкование соответствующих норм права. Поэтому и диспозитивная норма подп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ о нотариальном удостоверении решений обществ с ограниченной ответственностью, и императивная норма п. 3 ст. 17 Закона об ООО о нотариальном удостоверении решений об увеличении уставного капитала (в том числе в период с 01.01.2016 по 15.07.2016) будут распространяться на решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью.

 Скачать
правое меню
Реклама:

Счетчики:
На правах рекламы:
Copyright 2007 - 2021 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!