Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
 Скачать

Статья 3. Ветераны боевых действий

style="max-height: 50vh;">
Статья 3. Ветераны боевых действий

Комментарий к статье 3

1. Комментируемая статья определяет круг лиц, относящихся к категории "ветеран боевых действий", на которых распространяются меры социальной поддержки, установленные настоящим Федеральным законом.
Согласно п. 1 комментируемой статьи указанный круг лиц разделен на восемь подкатегорий. Такое разделение осуществлено в целях дифференциации объема предоставляемых ветеранам мер социальной поддержки в зависимости от формы их участия в боевых действиях и степени риска, которому они подвергались при выполнении поставленных задач.
Если сопоставить указанные нормы со ст. 16 настоящего Федерального закона, то по объему социальных гарантий ветераны боевых действий подразделяются на три группы:
1) лица, непосредственно участвовавшие в боевых действиях на территории СССР, Российской Федерации, других государств, а также выполнявшие в послевоенный период (1945 - 1957 гг.) боевые задания по разминированию территории СССР и иностранных государств и задачи по боевому тралению <4> (подп. 1 - 4 п. 1). Данной группе ветеранов предоставлен наибольший объем социальных гарантий;
2) лица, выполнявшие обслуживающие функции в воинских частях Вооруженных Сил СССР и Вооруженных Сил РФ, участвующих в боевых действиях, и получившие при выполнении данных функций ранения (травмы, контузии) либо награжденные государственными наградами СССР или Российской Федерации за выполнение данных задач (подп. 5 п. 1);
3) лица, направлявшиеся на работу по трудовому договору в воинские части СССР, находившиеся в Афганистане в период 1979 - 1989 гг., и в воинские части, находящиеся с 30 сентября 2015 г. в Сирии (подп. 6 - 7 п. 1). Ветеранам данной группы предоставлен наименьший объем мер социальной поддержки.
--------------------------------
<4> Боевое траление - метод уничтожения мин. путем их подрыва, как правило, глубинными бомбами. Был разработан в годы Второй мировой войны. Применялся в случаях отсутствия специализированных тральщиков, недостатка времени на обычное траление, или когда последнее не обеспечивало надежного вытраливания, например, когда противник применял взрыватели новой конструкции.

2. Круг лиц, относящихся к ветеранам боевых действий, имеет тенденцию к расширению. После вступления в силу настоящего Федерального закона (с 25 января 1995 г.) число подкатегорий ветеранов боевых действий существенно увеличилось. К числу ветеранов боевых действий дополнительно к указанным в первоначальной редакции комментируемой статьи отнесены:
- с 1 января 2004 г. - лица, участвовавшие в период с декабря 1994 г. по декабрь 1996 г. в выполнении задач в условиях вооруженного конфликта в Чеченской Республике и на прилегающих к ней территориях Российской Федерации, отнесенных к зоне вооруженного конфликта, а также выполнявшие с августа 1999 г. задачи в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона;
- с 1 января 2010 г. - лица, принимавшие в период с 8 по 22 августа 2008 г. участие в выполнении задач по обеспечению безопасности и защите граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Южная Осетия и Республики Абхазия;
- с 15 июля 2016 г. - лица, принимавшие после 30 сентября 2015 г. участие в выполнении специальных задач на территории Сирийской Арабской Республики;
- с 1 января 2020 г. - лица, принимавшие в соответствии с решениями органов исполнительной власти Республики Дагестан участие в боевых действиях в составе отрядов самообороны Республики Дагестан в период с августа по сентябрь 1999 г. в ходе контртеррористических операций на территории Республики Дагестан.
3. По вопросу отнесения к ветеранам боевых действий ополченцев Республики Дагестан, давших в 1999 г. вооруженный отпор бандформированиям Хаттаба и Басаева, имеется акт Конституционного Суда РФ.

Пример. Казбековский районный суд Республики Дагестан, в производстве которого находилось гражданское дело по заявлениям 29 граждан о признании их участниками боевых действий, имевших место на территории ряда муниципальных образований Казбековского района Республики Дагестан в сентябре 1999 г., приостановив производство по данному делу, в начале 2011 г. обратился в Конституционный Суд РФ с запросом, в котором просил признать положения ст. 3 настоящего Федерального закона противоречащими ст. 19, 39 и 59 Конституции в той мере, в какой этими положениями граждане наряду с военнослужащими и сотрудниками правоохранительных органов, принимавшие участие в боевых действиях в ходе контртеррористических операций на территории Республики Дагестан в составе отрядов самообороны (ополченцы), не признаются ветеранами боевых действий и, соответственно, не приобретают право на получение мер социальной защиты, предусмотренных настоящим Федеральным законом для данной категории ветеранов.
Конституционный Суд РФ отметил, что вторжение незаконных вооруженных формирований на территорию Республики Дагестан в августе 1999 г. поставило под угрозу реализацию прав и свобод личности, было направлено против конституционного строя, суверенитета и территориальной целостности Российской Федерации. Сложившаяся в Республике Дагестан экстраординарная ситуация требовала незамедлительного принятия мер по предотвращению эскалации конфликта и уничтожению незаконных вооруженных формирований. Наряду с федеральными органами государственной власти такие меры предпринимали органы государственной власти Республики Дагестан в порядке реализации полномочий, предоставленных им ст. 9 действовавшего на тот момент Федерального закона от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ "О борьбе с терроризмом". В этих целях решениями органов власти республики были созданы отряды самообороны. В условиях вооруженного конфликта, представлявшего реальную угрозу безопасности Российской Федерации, граждане, добровольно вступившие в отряды самообороны Республики Дагестан, выполнили свой конституционный долг по защите Отечества в форме, определенной решением органа государственной власти субъекта РФ - Государственного Совета Республики Дагестан.
Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что положения ст. 3 настоящего Федерального закона, относящие к категории ветеранов боевых действий военнослужащих и других лиц, в силу воинских или иных служебных обязанностей участвовавших по решению органов государственной власти РФ в боевых действиях на территории РФ, не противоречат Конституции, поскольку, не распространяясь непосредственно на лиц, принимавших участие в боевых действиях в составе отрядов самообороны Республики Дагестан в ходе контртеррористической операции на ее территории в сентябре 1999 г., эти законоположения не препятствуют введению специального правового регулирования, направленного на признание их заслуг перед Отечеством, включая установление дополнительных мер социальной поддержки.
При этом высший орган конституционного контроля особо отметил, что признание положений комментируемой статьи не противоречащими Конституции не снимает с федерального законодателя обязанности определить, исходя из требований Конституции, правовой статус лиц, принимавших участие в боевых действиях в составе отрядов самообороны Республики Дагестан в ходе контртеррористической операции на ее территории в сентябре 1999 г., и условия предоставления обусловленных этим правовым статусом мер социальной поддержки (Постановление Конституционного Суда РФ от 15 ноября 2011 г. N 24-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 3 Федерального закона "О ветеранах" в связи с запросом Казбековского районного суда Республики Дагестан").

Конституционный Суд РФ вполне ясно и недвусмысленно обязал федерального законодателя в нормативном порядке определить статус ополченцев, не являвшихся ни военнослужащими, ни сотрудниками правоохранительных органов. Однако потребовалось 8 лет и личное вмешательство Президента России, чтобы исполнить данное решение.
Федеральным законом от 2 августа 2019 г. N 320-ФЗ "О внесении изменений в статьи 3 и 4 Федерального закона "О ветеранах" п. 1 комментируемой статьи дополнен подп. 2.1, в соответствии с которым статус ветерана боевых действий распространен на лиц, принимавших в соответствии с решениями органов исполнительной власти Республики Дагестан участие в боевых действиях в составе отрядов самообороны в период с августа по сентябрь 1999 г. в ходе контртеррористических операций на территории Республики Дагестан <5>.
--------------------------------
<5> Более подробно о данной проблеме см.: Корякин В.М. Ополченцы Дагестана обрели статус ветеранов боевых действий: путь длиною в 20 лет // Право в Вооруженных Силах - военно-правовое обозрение. 2019. N 10. С. 55 - 59.

4. Пункт 3 комментируемой статьи отсылает к приложению к настоящему Федеральному закону, в котором определены территориальные и временные критерии отнесения граждан к ветеранам боевых действий. В данном приложении приведен Перечень государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации. Важно отметить, что данный Перечень касается не только ветеранов боевых действий, но также и ветеранов Великой Отечественной войны и приравненных к ним лиц.
Установлено, что изменения в указанный Перечень вносятся федеральным законом. За период со времени вступления в силу настоящего Федерального закона изменения и дополнения в перечень внесены шестью федеральными законами.
5. В правоприменительной практике нередко возникают ситуации, когда военнослужащим, непосредственно участвовавшим в боевых действиях, что очевидно подтверждается соответствующими документами, по формальным признакам отказывают в признании их ветеранами боевых действий. В таких случаях военнослужащие и граждане, уволенные с военной службы, вынуждены обращаться за защитой своих прав в суды.

Пример. Г. обратился с заявлением о выдаче ему удостоверения ветерана боевых действий в комиссию Западного военного округа по рассмотрению обращений о выдаче удостоверения ветерана боевых действий. Комиссия 29 марта 2019 г. отказала Г. в выдаче удостоверения ветерана боевых действий в связи с тем, что отсутствуют выписки из приказов командиров (начальников) воинских частей, подразделений, штабов, органов, оперативных и иных групп, привлекаемых к проведению контртеррористических операций, в которых указаны даты или периоды участия заявителя в контртеррористических операциях и которые утверждены руководителем Регионального штаба. В документах, приложенных к заявлению, непосредственное участие заявителя в боевых действиях не подтверждается. В выписках из приказов указан расчет выслуги лет для назначения пенсии один месяц за полтора месяца. При непосредственном выполнении задач в условиях вооруженного конфликта выслуга лет для назначения пенсии должна быть из расчета один месяц за три месяца.
Решением Правобережного районного суда г. Липецка от 11 июня 2020 г. исковые требования Г. удовлетворены, за Г. признано право на получение удостоверения "Ветеран боевых действий".
Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, указав на то, что документов, подтверждающих непосредственное участие Г. в боевых действиях по выполнению задач в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, в материалах дела не имеется.
Кассационный суд, куда обратился Г. с кассационной жалобой, пришел к выводу, что данные выводы апелляционной инстанции не основаны на нормах действующего законодательства. В материалах дела имеются копии выписок из приказов командира войсковой части, согласно которым рядовой Г. непосредственно участвовал в контртеррористических операциях в период с 1 июля 2004 г. по 31 июля 2004 г. в течение 31 дня, с 1 августа 2004 г. по 31 августа 2004 г. в течение 31 дня, с 1 ноября 2004 г. по 11 ноября 2004 г. в течение 11 дней. Вышеперечисленными приказами подтверждается факт участия Г. в боевых действиях на территории Республики Дагестан.
Отказывая в удовлетворении исковых требований Г., апелляционная инстанция неправомерно указала на то, что указанные выше документы не могут служить доказательством непосредственного участия истца в выполнении боевых задач на территории, полагая, что они подтверждают прохождение истцом службы в особых условиях, но не сам факт непосредственного участия в боевых действиях. Данные выводы сделаны с нарушением норм закона.
Выводы суда первой инстанции об оценке доказательств основаны на непосредственном исследовании доказательств, представленных истцом и имеющихся в материалах дела. То, что указанные выше выписки из приказов командиров воинских частей не утверждены руководителем Регионального штаба и что в них указано льготное исчисление выслуги лет Г. из расчета один месяц за полтора месяца, а не один месяц за три месяца, факта участия Г. в контртеррористических операциях не опровергает.
Дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда (см. Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 15 марта 2021 г. N 88-4594/2021).

 Скачать
Поиск:
Реклама:
Счетчики:
На правах рекламы:
Copyright 2007 - 2022 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!