Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
 Скачать

§ 1. Проблемы правового регулирования международных компаний

style="max-height: 50vh;">
§ 1. Проблемы правового регулирования международных компаний

Международные компании в российском праве появились с принятием Закона о международных компаниях <1>. Международная компания, по сути, представляет собой хозяйственное общество (акционерное общество или общество с ограниченной ответственностью), которому присвоен специальный правовой статус "международная компания", дающий ей определенные правовые и налоговые преимущества по сравнению с другими хозяйственными обществами в целях привлечения инвестиций в отечественную экономику. Международные компании могут быть зарегистрированы в Российской Федерации только на территории двух специальных административных районов - в Калининградской области и в Приморском крае <2>, чей правовой статус определяется специальным Федеральным законом от 3 августа 2018 г. N 291-ФЗ "О специальных административных районах на территориях Калининградской области и Приморского края" (далее - Закон о специальных административных районах). Одновременно с предоставлением преимуществ, налоговых и иных <3> льгот на международную компанию <4> налагается ряд дополнительных обязательств, в первую очередь связанных с необходимостью вложения инвестиций на территории России в объеме не менее 50 млн руб. в течение шести месяцев с даты государственной регистрации международной компании.
--------------------------------
<1> В настоящее время Закон имеет наименование "О международных компаниях и международных фондах" (ст. 1 Федерального закона от 26 ноября 2019 г. N 378-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О международных компаниях" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регистрации международных фондов").
<2> Остров Русский (Приморский край) и о. Октябрьский (Калининградская область).
<3> Например, международные компании имеют специальный валютный статус, считаясь нерезидентами, и могут без ограничений осуществлять между собой переводы в иностранной валюте (подп. "е.1)" п. 7 ч. 1 ст. 1, ст. 10 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле").
<4> Статус международной компании не может быть присвоен кредитным организациям, некредитным финансовым организациям, операторам платежных систем и операторам услуг платежной инфраструктуры, поскольку присвоение подобного статуса этим организациям вызвало бы чрезмерные конкурентные преимущества для них по сравнению с "обычными" финансовыми организациями и оказало бы негативное влияние на рынок финансового капитала в целом.

Таким образом, основная идея создания международных компаний заключается в конструировании специального правового статуса "российского офшора" <1>, который могут приобретать иностранные компании, прошедшие процедуру "редомициляции", то есть перерегистрации в специальных административных районах на территории Российской Федерации. Предоставляемые международным компаниям льготы и правовые преимущества <2> призваны обеспечить приток иностранных инвестиций. Особое значение при этом имеет возможность редомициляции иностранных компаний из офшорных зарубежных юрисдикций в российскую в тех случаях, когда соответствующая офшорная юрисдикция в силу разных причин (введение дополнительных запретов и ограничений, правил раскрытия информации, ужесточение налогового режима, введение санкций против компаний с российскими бенефициарами и т.п.) перестала быть привлекательной для ведения там бизнеса. Тем самым международные компании прежде всего призваны обеспечить возврат российского капитала из иностранных офшорных юрисдикций в Россию, где ему будет обеспечен не менее благоприятный режим, чем в традиционных иностранных офшорах.
--------------------------------
<1> Копина А.А. Международные компании - практика создания "российского офшора" // Налоги. 2018. N 15. С. 1 - 7.
<2> Например, международная компания по своему выбору вправе использовать бухгалтерскую (финансовую) отчетность, составленную в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо финансовую отчетность в соответствии с Международными стандартами финансовой отчетности (МСФО) или иными, отличными от МСФО, международно признанными правилами (ч. 13 ст. 2 Закона о международных компаниях).

Однако в связи с тем, что российское право по многим вопросам корпоративного статуса является менее гибким, чем иностранное, а кроме того, возврат в российскую юрисдикцию в полном объеме повлечет существенное видоизменение уже сложившихся по иностранному праву корпоративных отношений, которое может негативным образом повлиять на капитализацию и доходность соответствующих компаний, для создания дополнительных стимулов редомициляции в российскую юрисдикцию было решено наделить международную компанию особой дополнительной привилегией пользоваться элементами корпоративного статуса иностранных правопорядков, которым подчинялась офшорная компания до ее редомициляции. Именно поэтому международные компании конструируются как юридические лица, созданные (редомицилированные) по российскому праву, однако с возможностью временно (до 1 января 2029 г.) сохранять отдельные преимущества корпоративного статуса иностранных юрисдикций, где они ранее были зарегистрированы. Именно это обстоятельство определяет существенные отличия правового статуса "российской" международной компании от "обычного" иностранного офшора, который, предоставляя преимущества соответствующей иностранной юрисдикции, по общему правилу не предполагает одновременного сохранения отдельных элементов правового статуса компании другого государства, из которого происходят капитал или бенефициары либо из которого произошла ее редомициляция в офшорной юрисдикции.
Другим отличием международной компании является возложение на нее обязательств по осуществлению инвестиций на территории Российской Федерации, в то время как "обычные" офшоры, как правило, не могут заниматься бизнесом на территории их регистрации <1>.
--------------------------------
<1> См. об этом: Канашевский В.А. Международная компания как особый вид юридического лица в России // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2018. N 6. С. 104 - 108.

В целом правовое положение юридических лиц, имеющих статус международной компании по российскому праву, определяется комплексом законодательных актов, регулирующих деятельность хозяйственных обществ вообще (ГК РФ, Закон об АО, Закон об ООО) и международных компаний в частности (Закон о международных компаниях, Закон о специальных административных районах). Особенности налогообложения международных компаний установлены Федеральным законом от 3 августа 2018 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации" <1>. Правоотношения, возникающие в связи с выпуском международными компаниями эмиссионных ценных бумаг и их обращением, регулируются Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" (далее - Закон о рынке ценных бумаг).
--------------------------------
<1> См.: Бондарчук Д. Международные компании будут работать в специальных административных районах и получать налоговые послабления // ЭЖ-Юрист. 2018. N 34. С. 4.

Каждый из перечисленных законодательных актов, затрагивающих правовое положение международных компаний, имеет свой предмет регулирования, при этом соотношение юридической силы и расставление приоритетов действия норм того или иного закона определяются как общими принципами иерархии юридических норм (специальный закон отменяет общий закон; закон, принятый последним по времени, отменяет действие предыдущего; закон высшей юридической силы отменяет действие закона низшей юридической силы), так и прямым указанием специального Закона о международных компаниях. Например, в ч. 2 ст. 1 Закона о международных компаниях прямо указано, что законодательство Российской Федерации о рынке ценных бумаг применяется к международным компаниям в части, не противоречащей Закону о международных компаниях и существу возникающих из него отношений (это связано в первую очередь с необходимостью сохранить условия обращения выпущенных ранее иностранными компаниями финансовых инструментов на зарубежных фондовых биржах).
Международная компания, как и любое юридическое лицо, является участником самых разных частноправовых и публично-правовых отношений, включая гражданские, административные, налоговые и др. При этом в зависимости от вида соответствующих правоотношений у международной компании имеется разный правовой статус (налоговый, вещно-правовой, обязательственный, корпоративный, административный и т.д.), который регулируется разными группами норм различной отраслевой принадлежности.
Корпоративный статус международной компании включает в себя нормы законодательства, регулирующие ее правовое положение как юридического лица, включая организационно-правовую форму и корпоративные отношения, связанные с участием в юридическом лице или с управлением им. Корпоративный статус международной компании определяется ее личным законом, которым является российское право (ч. 1 ст. 4 Закона о международных компаниях). Содержанием личного закона международной компании как юридического лица, согласно п. 2 ст. 1202 ГК РФ, являются нормы российского права, которые определяют:
- статус организации в качестве юридического лица;
- организационно-правовую форму юридического лица;
- требования к наименованию юридического лица;
- вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопрос правопреемства;
- содержание правоспособности юридического лица;
- порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей;
- внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками;
- способность юридического лица отвечать по своим обязательствам;
- вопрос ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.
Соответственно международная компания является юридическим лицом, созданным по российскому праву, к которому применяются положения личного закона юридического лица по законодательству Российской Федерации.
Закон о международных компаниях (ч. 1 ст. 1) допускает присвоение статуса международной компании только хозяйственным обществам, зарегистрированным в ЕГРЮЛ в связи с изменением иностранным юридическим лицом личного закона в порядке редомициляции. Поэтому корпоративный статус международной компании определяется законодательством Российской Федерации о хозяйственных обществах, и прежде всего гл. 4 ГК РФ. Соответственно юридические лица, имеющие статус международной компании, могут иметь лишь организационно-правовую форму акционерного общества (публичного или непубличного) или общества с ограниченной ответственностью (п. 4 ст. 66 ГК РФ), а их корпоративный статус помимо ГК РФ определяется также Законом об АО и Законом об ООО, а кроме того, Законом о международных компаниях, который устанавливает правовое положение хозяйственного общества со статусом международной компании, права и обязанности его участников, особенности его деятельности, реорганизации и ликвидации. При этом Закон о международных компаниях, являющийся специальным, при регулировании корпоративного статуса таких компаний по общему правилу имеет приоритет перед ГК РФ и иными законами о хозяйственных обществах. Данный приоритет обычно не затрагивает императивных норм "общекорпоративного" законодательства, которые могут быть отменены лишь путем прямого указания об этом в соответствующем законодательном акте. Однако ч. 1.1 ст. 4 Закона о международных компаниях временно (до 1 января 2029 г.) прямо исключает применение к международным компаниям федеральных законов о хозяйственных обществах, а также положений подзаконных нормативных правовых актов Российской Федерации, регулирующих отношения, вытекающие из указанных федеральных законов, кроме случаев, которые прямо предусмотрены Законом о международных компаниях или уставом международной компании. При этом действие положений ГК РФ о юридических лицах в отношении международных компаний сохраняет силу в полном объеме.
Тем самым корпоративный статус международных компаний по российскому праву в силу Закона о международных компаниях "распадается" на два самостоятельных правовых режима, действующих соответственно до 1 января 2029 г. и после 1 января 2029 г.
До 1 января 2029 г. корпоративный статус международных компаний регулируется нормами гл. 4 ГК РФ о юридических лицах, Законом о международных компаниях (в части, не противоречащей нормам ГК РФ), а также теми нормами законов о хозяйственных обществах, применение которых прямо предусмотрено Законом о международных компаниях или уставом международной компании <1>.
--------------------------------
<1> Например, Закон о международных компаниях (ч. 1.1 ст. 4) предусматривает применение к таким компаниям положений ст. 84.1 Закона об АО (о добровольном предложении выкупить акции акционерного общества лицом, которое имеет намерение приобрести более 30% голосующих акций) и ст. 84.8 Закона об АО (о праве лица, которое приобрело более 95% голосующих акций, требовать выкупа оставшихся акций акционерного общества), а также ст. 84.3 - 84.6 и 84.9 в части регулирования исполнения процедур, предусмотренных в ст. 84.1 и 84.8 Закона об АО.

После 1 января 2029 г. корпоративный статус международных компаний регулируется нормами гл. 4 ГК РФ о юридических лицах, федеральными законами о хозяйственных обществах, а также Законом о международных компаниях (в части, не противоречащей нормам ГК РФ и законов о хозяйственных обществах).
Таким образом, международные компании как юридические лица имеют два корпоративных статуса, один из которых носит временный характер (до 1 января 2029 г.), а другой - постоянный (после 1 января 2029 г.).
При этом данные корпоративные статусы по своему содержанию имеют существенные различия, вызванные разной степенью детализации регулирования корпоративных отношений законами о хозяйственных обществах и Законом о международных компаниях, в том числе разным соотношением императивных и диспозитивных норм. Если законы о хозяйственных обществах регулируют правовое положение хозяйственных обществ наиболее полно (предусматривая тщательную регламентацию прав и обязанностей участников, корпоративного управления, состав и компетенцию органов юридического лица, порядок формирования и изменения уставного капитала, виды акций, корпоративную ответственность, защиту прав и интересов акционеров, гарантии интересов кредиторов, порядок совершения и правовой режим "экстраординарных" сделок (крупных сделок и сделок с заинтересованностью), право участников на информацию о деятельности хозяйственного общества, порядок оспаривания корпоративных решений, реорганизацию и ликвидацию хозяйственных обществ и т.д.), то Закон о международных компаниях определяет корпоративный статус таких компаний в крайне усеченном и фрагментарном виде, оставляя большинство вопросов правового положения хозяйственных обществ и их участников неурегулированными.
Основная масса норм Закона о международных компаниях посвящена регулированию условий присвоения иностранному юридическому лицу статуса международной компании, порядка государственной регистрации международной компании и особенностям регистрации выпуска ее акций, последствиям государственной регистрации и присвоения статуса международной компании (в части сохранения имеющихся у иностранного юридического лица обязательств, прав и ответственности, вопросов правопреемства, исковой давности и т.д.), а также определению обязательств международной компании по осуществлению инвестиций на территории Российской Федерации.
Особенности внутрикорпоративного статуса международной компании, определяющего корпоративные отношения, и вопросы, входящие в содержание личного статута юридического лица, Закон о международных компаниях практически не регулирует.
Помимо "двойственного" корпоративного статуса по российскому праву, о котором говорилось выше, Закон о международных компаниях предоставляет таким компаниям возможность временно (до 1 января 2029 г.), по существу, иметь одновременно два личных закона юридического лица: российский, которому подчиняется международная компания в силу ч. 1 ст. 4 Закона, и иностранный - по месту первоначальной регистрации международной компании. В п. 1 ст. 1202 ГК РФ содержится оговорка, позволяющая в Законе о международных компаниях предусматривать для таких компаний личный закон с иной коллизионной привязкой, отличающейся от общего правила об определении личного закона по месту учреждения юридического лица. В соответствии с этим в ч. 1.2 - 1.9 ст. 4 Закона о международных компаниях предусмотрена возможность в уставе международной компании установить применение к ней норм иностранного права, регулирующего отношения участников корпораций, учрежденных по праву, которое применялось к иностранному юридическому лицу до даты государственной регистрации международной компании в порядке редомициляции, а также правил иностранных бирж при условии, что такие нормы и правила применялись к иностранному юридическому лицу до принятия решения об изменении его личного закона, и при условии включения в устав международной компании арбитражного соглашения о передаче всех корпоративных споров, связанных с участием в ней, в третейский суд <1>. При этом для рассмотрения соответствующих корпоративных споров Закон о международных компаниях по существу устанавливает абсолютный приоритет норм иностранного права и правил иностранных бирж перед положениями устава (при их противоречии), а российское право применяется в субсидиарном порядке и, по существу, имеет меньшую юридическую силу, чем положения устава (ч. 1.6 - 1.8 ст. 4 Закона о международных компаниях).
--------------------------------
<1> При этом третейский суд должен администрироваться постоянно действующим арбитражным учреждением в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2015 г. N 382-ФЗ "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации".

Тем самым Закон о международных компаниях по существу дает возможность таким компаниям предусматривать в своем уставе "двойной" личный статут по самым разным вопросам корпоративного статуса в любом сочетании, порождая тем самым своеобразное "смешанное" регулирование, состоящее из положений иностранного права, устава и российского законодательства. Как отмечается в юридической литературе, "такое двойное подчинение международной компании делает ее специальным видом юридических лиц в России (с гибридным статусом)" <1>. Возможность такого "смешанного" конструирования участниками международной компании своего личного закона является беспрецедентной для корпоративного статуса юридического лица и международного частного права. Многие иностранные офшорные юрисдикции допускают возможность редомициляции в другую юрисдикцию, однако при этом "принимающее" государство, как правило, устанавливает требование о необходимости принятия нового устава, соответствующего законодательству редомицилируемой компании, являющемуся ее новым личным законом. Аналогичные правила существуют и в европейском праве, устанавливающем свободу перемещения европейских компаний из одной европейской юрисдикции в другую, однако при этом перемещаемая компания должна адаптировать свой внутрикорпоративный статус и по ключевым вопросам <2> подчинить его законодательству новой юрисдикции по месту нахождения, приняв соответствующие изменения в уставе <3>. Как отмечается в юридической литературе, при перемещении европейской компании "практически все индивидуализирующие юридическое лицо признаки, включая личный закон, местонахождение, наименование юридического лица, претерпевают изменения, а субъект права не прекращает свое существование, оставаясь идентичным, он прекращает только связь с прежним правопорядком" <4>. Требование о приведении перемещаемой компании в соответствие с местным правом установлено и внутринациональным законодательством тех европейских правопорядков, которые допускают такое перемещение без ликвидации прежнего юридического лица <5>.
--------------------------------
<1> Канашевский В.А. Указ. соч.
<2> Европейская компания, изначально задуманная как наднациональная организационно-правовая форма юридического лица, тем не менее по ключевым вопросам внутрикорпоративного статуса должна подчиняться праву государства места ее регистрации, в силу чего ее корпоративный статус по существу носит национальный характер (см. об этом: Асосков А.В. Устав европейской компании: новый этап развития права Европейского Союза // Законодательство. 2002. N 8. С. 62 - 74).
<3> См. ст. 8 Регламента N 2157/2001 Совета Европейского Союза "О статусе европейской компании (SE)" (принят в г. Люксембурге 8 октября 2001 г.) (СПС "КонсультантПлюс").
<4> Блинова Ю.В. Адаптация юридического лица в странах ЕС // Международное публичное и частное право. 2018. N 3. С. 9 - 12.
<5> См. об этом: Асосков А.В. Правовые формы участия юридических лиц в международном коммерческом обороте. М., 2003. С. 54 - 55.

В международном частном праве существует сложная проблема делимитации (разграничения) статусов, когда определение подлежащего применению права к определенным правоотношениям осуществляется одновременно по двум статусам, например по договорному статуту и по личному закону юридического лица. Данная проблема проявляется при определении права, подлежащего применению к соглашениям акционеров (корпоративным договорам). В данном случае общие императивные нормы личного закона юридического лица (о размере неустойки, порядке расчета убытков и т.п.), как правило, уступают договорному статуту, однако специальные нормы личного закона юридического лица, касающиеся корпоративных отношений, в том числе регулируемых договорами об осуществлении корпоративных прав, имеют приоритет перед договорным статутом <1>. Так, в отношении корпоративных договоров, заключенных международной компанией, Закон о международных компаниях устанавливает специальное правило, согласно которому к такому договору применяется право, которое являлось личным законом иностранного юридического лица до даты регистрации международной компании, если иное не предусмотрено таким договором. Одновременно установлен приоритет устава перед корпоративным договором международной компании в случае противоречия между ними (кроме случаев, когда все участники являются сторонами корпоративного договора) (ч. 8 ст. 4 Закона о международных компаниях).
--------------------------------
<1> См.: Асосков А.В. Основы коллизионного права. М., 2013.

Однако ситуации "раздвоения" самого личного закона юридического лица на две или более составляющих, когда сами корпоративные отношения подчиняются одновременно нескольким правопорядкам, в международном частном праве не встречаются. Это связано с универсальностью личного закона, который регулирует в комплексе все основные фундаментальные вопросы корпоративного статуса юридического лица <1>, определяя его правосубъектность, который представляет собой функциональное единство, является единым и неделимым и не может быть разделен на отдельные составляющие, регулируемые разными правопорядками. Поэтому в международном частном праве принцип автономии воли сторон при регулировании корпоративных отношений уступает место принципу императивного применения личного закона юридического лица и не может его подменять <2>. Данный принцип проявляется и в действующем ГК РФ, устанавливающем абсолютный приоритет императивных норм личного закона (по месту учреждения юридического лица) перед договорным статутом, выбранным сторонами при заключении договора о создании юридического лица или корпоративного договора (п. 1 ст. 1214) <3>. Поэтому, как справедливо отмечается в юридической литературе, корпоративное право - "это область практически безраздельного и императивного господства личного закона юридического лица, под которым понимается право по месту его государственной регистрации" <4>.
--------------------------------
<1> О личном законе юридического лица и критериях его определения см.: Асосков А.В. Правовые формы участия юридических лиц в международном коммерческом обороте. М., 2003. С. 28 - 40.
<2> См. подробнее: Асосков А.В. Рецензия на статьи Дж. Демманна, посвященные концепции свободы выбора права, применимого к корпоративным отношениям // Вестник гражданского права. 2007. N 4.
<3> Данный принцип, вытекающий из императивной нормы п. 1 ст. 1214 ГК РФ, противоречит противоположному правилу - ч. 8 ст. 4 Закона о международных компаниях, в котором установлено применение к корпоративному договору норм иностранного права первоначальной юрисдикции редомицилированной компании либо права, предусмотренного корпоративным договором.
<4> Асосков А.В. Коллизионное регулирование договоров об осуществлении корпоративных прав (корпоративных договоров) // Закон. 2014. N 8.

Как указывалось выше, Закон о международных компаниях (ч. 1.1 и 1.2 ст. 4) на период до 1 января 2029 г. позволяет предусматривать в уставе подлежащие применению нормы российских законов о хозяйственных обществах, а также устанавливать в отношении международной компании полностью или частично действие норм иностранного права или правил иностранных бирж, позволяя конструировать особый корпоративный статус международной компании по усмотрению ее участников.
Тем самым имеется возможность в уставе международной компании определять максимально вариативное сочетание правовых режимов, гибридных форм, обладающих крайним разнообразием и неповторимостью, что всегда требует тщательного ознакомления с уставом каждой международной компании, с тем чтобы установить в отношении ее конкретный набор действующих и применяемых норм российского и иностранного права, а также ее устава.
Помимо этого из ч. 1.8 ст. 4 Закона о международных компаниях следует, что международная компания по усмотрению ее участников, выраженному в уставе, может исключать в отношении такой компании действие норм не только российского права, но и выбранного иностранного права, которому подчинялась соответствующая иностранная компания до ее редомициляции в Российской Федерации, а также устанавливать в отношении такой компании любые положения любого правопорядка, на который содержится ссылка в уставе международной компании.
Тем самым положения Закона о международных компаниях дают основания для произвольного усмотрения ее участников определять в уставе любые режимы корпоративного управления международной компании без связи с общеобязательным регулированием корпоративных отношений, установленных национальными законодательствами, с которыми международная компания имеет наиболее тесную связь.
Возможность применения к международным компаниям иностранного права в качестве личного закона фактически исключает применение к ним многих норм ГК РФ, формально сохраняющих силу, ввиду несогласованности понятийного аппарата и основных институтов корпоративного права в зарубежных правопорядках и в Российской Федерации. Например, гарантирующая интересы кредиторов норма ГК РФ об обязанности акционерного общества уменьшить уставный капитал или ликвидироваться в случае, если стоимость чистых активов окажется меньше уставного капитала (п. 4 ст. 99 ГК РФ), будет фактически недействующей в отношении международных компаний, чей "первоначальный" личный закон не предполагает наличия уставного капитала или не оперирует понятием "чистые активы" в традиционном для отечественного правопорядка значении.
В ч. 1.8 ст. 4 Закона о международных компаниях установлено правило о том, что, если в уставе международной компании прямо не урегулированы какие-либо отношения и отсутствует ссылка на законодательство, которым данные отношения должны регулироваться, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяются положения законодательства Российской Федерации. Данное правило действует в совокупности с положениями ч. 1.1 ст. 4 Закона о международных компаниях, согласно которой законы о хозяйственных обществах к таким компаниям не применяются, кроме случаев, прямо предусмотренных Законом о международных компаниях или уставом. Из сопоставления приведенных норм в их системном толковании следует, что субсидиарное применение законодательства Российской Федерации при неурегулированности каких-либо отношений в уставе не относится к законам о хозяйственных обществах, "восстановление" действия которых в отношении международных компаний возможно лишь в тех случаях, когда ссылки на конкретные нормы этих законов предусмотрены Законом о международных компаниях.
Поэтому если в уставе международной компании не будут определены подлежащие применению нормы федеральных законов о хозяйственных обществах или положения иностранных правопорядков, определяющие правовое положение юридического лица, права и обязанности участников и т.д., то вопросы корпоративного статуса международной компании останутся вообще неурегулированными, что неизбежно приведет к нарушению прав и интересов всех участников корпоративных отношений (а также кредиторов, работников и т.д.), повлечет возникновение корпоративных конфликтов и в условиях отсутствия правовой защиты может полностью парализовать деятельность международной компании.
Возможность устанавливать в уставах международных компаний применение в качестве личного закона иностранного права приводит к тому, что в гражданском обороте Российской Федерации могут действовать хозяйственные общества со "смешанным" личным законом (российским и иностранным по месту первоначальной регистрации редомицилированной иностранной компании), которые существенно отличаются по своему правовому статусу от "обычных" акционерных обществ, подчиняющихся российскому праву, что повлечет нарушение конституционного принципа равенства всех участников гражданских отношений и приведет к дисбалансу в регулировании соответствующих отношений.
По существу действующее регулирование создает особое корпоративное право международных компаний, содержание которого совершенно неопределенно и полностью зависит от усмотрения участников международных компаний.
Такое регулирование может нарушать права и законные интересы всех участников корпоративных отношений, включая самих юридических лиц, их акционеров и кредиторов, а также работников юридического лица. При этом не соблюдается основополагающий принцип правовой определенности, о необходимости неукоснительного соблюдения которого неоднократно говорилось в постановлениях Конституционного Суда РФ <1>. Как указал Конституционный Суд РФ, "правовая определенность закона является одним из необходимых условий стабильности и предсказуемости в сфере гражданского оборота, надлежащего уровня взаимного доверия между его участниками" <2>.
--------------------------------
<1> См., например, Постановления Конституционного Суда РФ от 2 июля 2020 г. N 32-П; от 28 апреля 2020 г. N 21-П; от 17 июня 2004 г. N 12-П; от 21 января 2010 г. N 1-П; от 13 января 2020 г. N 1-П; от 22 июня 2017 г. N 16-П; от 15 апреля 2020 г. N 18-П и др.
<2> Пункт 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 22 июня 2017 г. N 16-П.

Возможность частичного или полного применения "первоначального" иностранного личного закона юридического лица, получившего статус международной компании, по усмотрению ее участников также влечет за собой полное отсутствие контроля за соблюдением императивных норм иностранного личного закона, поскольку иностранное юридическое лицо подлежит исключению из реестра иностранных юридических лиц в государстве своего первоначального личного закона (ч. 14 ст. 5 Закона о международных компаниях). В результате любые механизмы контроля за соблюдением императивных норм корпоративного законодательства, предусмотренных первоначальным личным законом, со стороны иностранных правоприменительных и контролирующих органов полностью исключаются, а российские органы надзора и контроля не обладают необходимой компетенцией, чтобы делать обоснованные выводы о соблюдении международной компанией норм иностранного права. Тем самым все права и гарантии, которые предоставлены участникам корпоративных отношений нормами иностранного права (государства "первоначального" личного статута), оказываются фактически лишенными правовой защиты.
Особый корпоративный статус международной компании, временно исключающий применение законов о хозяйственных обществах, влечет невозможность применения всех императивных норм, включенных в эти законы. При этом сам Закон о международных компаниях в части корпоративного статуса крайне немногословен и содержит существенные пробелы. Невозможность применять положения Закона об АО и Закона об ООО объективно влечет за собой фактическое отсутствие защиты прав участников международных компаний и может повлечь за собой множество негативных последствий как для самих международных компаний, так и для их участников или кредиторов.
Закон о международных компаниях не распространяет на такие компании все нормы законов о хозяйственных обществах, включая те, которые направлены на защиту прав акционеров (участников). Такое исключение применения к международным компаниям общих норм Закона об АО и Закона об ООО, гарантирующих права участников корпорации (например, право требовать выкупа акционерами своих акций при принятии невыгодных им корпоративных решений - ст. 75 Закона об акционерных обществах в условиях отсутствия гарантий защиты прав участников таких компаний в самом Законе о международных компаниях), может привести к массовым нарушениям прав и интересов акционеров (участников) международных компаний, которые могут быть и публичными.
О необходимости доработать Закон о международных компаниях путем совершенствования их корпоративного статуса говорилось в заключении Правительства РФ на соответствующий законопроект, представленном в процессе его рассмотрения Государственной Думой Федерального Собрания РФ. В нем, в частности, указывалось, что законопроект, "формально не определяя новую для российского права организационно-правовую форму юридического лица, де-факто конструирует ее за счет установления особенностей регулирования корпоративных отношений" <1>. При этом содержавшиеся ранее в законопроекте нормы, устанавливающие особенности корпоративного статуса международных компаний, Правительство РФ предлагало исключить, поскольку такое регулирование создает коллизии с законодательством о хозяйственных обществах, а "проектируемые нормы, регулирующие вопросы защиты участников общества, прав участников на получение информации о деятельности международной компании и способов разрешения корпоративных конфликтов, являются недостаточно сбалансированными, создавая риски нарушения прав участников" <2>. При этом предполагалось, что, исключив соответствующие нормы из законопроекта, корпоративный статус международных компаний будет подчиняться общим положениям Закона об АО и Закона об ООО, в том числе императивным нормам этих законов.
--------------------------------
<1> Заключение Правительства РФ от 9 июня 2018 г. N 4217п-П13 на проект федерального закона "О международных компаниях" // СПС "КонсультантПлюс".
<2> Там же.

Однако принятый Закон о международных компаниях в действующей редакции не только не включил в себя соответствующие нормы, регулирующие особенности корпоративного статуса международных компаний, но и в принципе исключил применение к ним на период до 2029 г. любых положений законов о хозяйственных обществах, оставив такой статус по существу вообще неурегулированным и таким своеобразным способом "разрешив" возможные коллизии между соответствующими законодательными актами (Законом о международных компаниях и законами о хозяйственных обществах), которые Правительство РФ предлагало устранить. Подобное регулирование, безусловно, коренным образом искажает смысл высказанных Правительством РФ замечаний и не учитывает их.
Установленное Законом о международных компаниях специальное регулирование не только негативным образом сказывается на правах и интересах участников корпоративных отношений, но и затрагивает также контрагентов международных компаний, которые ставятся в заведомо невыгодное положение по сравнению с контрагентами других юридических лиц, полностью подчиняющихся российскому законодательству, поскольку при определении любых ключевых вопросов деятельности международной компании требует от контрагентов тщательной правовой экспертизы положений устава и норм иностранного права, результаты которой сами по себе могут быть неоднозначными. Кроме того, Закон о международных компаниях содержит прямые нормы, ущемляющие интересы кредиторов международных компаний. Например, в нарушение принципа открытости данных ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 51 ГК РФ) Закон позволяет на основании немотивированного заявления международной компании ограничивать доступ к сведениям реестра о ее участниках, а также о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени международной компании (ч. 1 ст. 6 Закона о международных компаниях). Тем самым кредиторы международной компании не имеют возможности удостовериться в полномочиях лица, действующего от имени международной компании, при совершении сделок, что влечет фактически парализацию норм ГК РФ, защищающих добросовестных контрагентов юридического лица, полагающихся на данные реестра (абз. 2 п. 2 ст. 51), повышенный риск признания этих сделок недействительными, а также невозможность взыскания возмещения убытков, связанных с непредоставлением соответствующих данных в реестр (абз. 3 п. 2 ст. 51). Кроме того, возможность прекращения доступа третьих лиц к сведениям об участниках юридического лица существенно затруднит кредиторам возможность привлекать таких участников к ответственности по обязательствам юридического лица, например в порядке п. 2 ст. 67.3 ГК РФ.
Как указывалось выше, Закон о международных компаниях не исключает применение к таким компаниям ГК РФ. В то же время отдельные нормы этого Закона прямо противоречат императивным положениям ГК РФ. Например, согласно п. 1 ст. 102 ГК РФ доля привилегированных акций в общем объеме уставного капитала акционерного общества не должна превышать 25%. Однако в ч. 5 ст. 7 Закона о международных компаниях установлено прямо противоположное правило, согласно которому номинальная стоимость привилегированных акций международной компании может превышать 25% от ее уставного капитала.
Очевидно, что подобное противоречивое регулирование создает правовую неопределенность и может влечь самые негативные правовые и социально-экономические последствия, непредсказуемость разрешения судебных споров и массовое нарушение прав участников международных компаний.
В настоящее время Закон о международных компаниях устанавливает особенности правового регулирования ценных бумаг и иных финансовых инструментов международных компаний, которые имеют приоритет перед законодательством Российской Федерации о рынке ценных бумаг (ч. 3 ст. 1, ч. 21 ст. 7). Закон направлен на сохранение у владельцев акций редомицилированных компаний тех же прав, которые они имели в соответствии с уставом иностранного юридического лица или иным документом, которым определяется объем прав акционеров в соответствии с личным законом иностранного юридического лица (ч. 1.2 ст. 4, ч. 13 ст. 7). Однако в целом правовой режим акций международных компаний подчиняется нормам российского законодательства, в том числе предусматриваются правила о государственной регистрации выпуска соответствующих акций по российскому праву.
В то же время категории выпускаемых иностранными компаниями акций и объем прав по ним могут существенно различаться по сравнению с категориями акций и объемом прав по ним по российскому праву. Например, некоторые иностранные правопорядки допускают выпуск обыкновенных акций разных категорий, в том числе не предоставляющих право голоса или предоставляющих право голоса с нарушением принципа пропорциональности (в отличие от применяемого в российском праве принципа "одна акция - один голос"). Однако дополнительный выпуск таких особых категорий иностранных акций и внесение соответствующих изменений в устав международной компании будут невозможными, поскольку законодательством Российской Федерации не предусмотрено размещение акционерными обществами нескольких типов обыкновенных акций с различным объемом прав, что подтверждается п. 4 письма Центрального банка РФ от 22 января 2020 г. N 06-28-1/339. В то же время международные компании могут проводить дополнительное размещение акций тех категорий, которые предусмотрены российским законодательством, что предполагает одновременное нахождение в обороте акций одних и тех же компаний, подчиняющихся разным правопорядкам. Такое положение делает разнородной структуру акционерного капитала международных компаний и ставит под вопрос практическую реализацию корпоративного управления в них, поскольку порождает многочисленные коллизии при осуществлении акционерами права голоса на общем собрании, определении кворума, подсчете голосов и подведении итогов голосования, что может парализовать деятельность высшего органа управления. Кроме того, возможность выпуска международными компаниями разнородных акций, подчиняющихся нескольким правопорядкам, дезориентирует потенциальных инвесторов и может негативным образом сказаться на капитализации таких компаний.
Минэкономразвития России был разработан законопроект <1>, которым международным компаниям разрешается выпуск разных акций с любым объемом прав, при этом деление акций на обыкновенные и привилегированные законопроектом вообще отменяется. Одновременно законопроект устанавливает приоритет Закона о международных компаниях по отношению к ГК РФ и Закону об АО, исключая их применение в отношении международных компаний в части деления акций на категории. Предлагаемое законопроектом регулирование, по существу, коренным образом меняет систему корпоративных отношений в акционерных обществах и обосновывается в пояснительной записке необходимостью обеспечить многообразие гибких форм участия в уставном капитале, которые соответствуют зарубежному опыту (Кипр, Великобритания).
--------------------------------
<1> См.: проект федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "О международных компаниях и международных фондах" (в части разных типов акций)" // Федеральный портал проектов нормативных правовых актов: https://regulation.gov.ru/projects/list/AdvancedSearch#npa=92975.

Однако отмена деления акций на категории для отдельных акционерных обществ по российскому праву порождает проблему незащищенности прав акционеров, владеющих такими акциями, ввиду отсутствия в Законе о международных компаниях достаточных гарантий этих прав. Российское законодательство в настоящее время не ограничивает возможности акционерных обществ по выпуску различных типов привилегированных акций с разным объемом прав. Поскольку личным законом международной компании с момента ее государственной регистрации в Российской Федерации является российское право (ч. 1 ст. 4 Закона о международных компаниях), такие компании в полной мере имеют возможность осуществлять выпуск привилегированных акций различных типов и тем самым обеспечивать достаточную гибкость форм участия в уставном капитале. При этом сохраняются правовые гарантии для владельцев обыкновенных акций с равным объемом прав, обеспечивающие установление корпоративного контроля исключительно в зависимости от размера вложенных инвестиций, в то время как отказ от деления акций на категории может привести к произвольному установлению в уставах разного объема корпоративных прав по разным типам акций независимо от размера финансового участия акционеров в оплате уставного капитала, что создает риск нарушения прав одних акционеров за счет неоправданного перераспределения корпоративного контроля в пользу других участников, несущих минимальные затраты на образование имущества корпорации.
В проектируемой названным законопроектом ст. 7.1 Закона о международных компаниях (ч. 7 и 9) устанавливается ничем не ограниченная возможность устанавливать в уставе, в том числе публичного акционерного общества, любой объем прав акционеров по каждому типу выпускаемых обществом акций, в том числе допускаются многоголосые акции, с одной стороны, а с другой - возможность полного лишения акций определенного типа права на участие в управлении, в распределении прибыли, получении ликвидационного остатка и т.д., что может привести к существенному дисбалансу интересов различных инвесторов и существенному нарушению их прав. В частности, допуская выпуск многоголосых акций, законопроект не ограничивает возможность публичного обращения таких акций, что противоречит сути таких акций, призванных сосредоточить корпоративный контроль среди ограниченного круга ключевых участников, а кроме того, неясными остаются условия такого обращения.
Таким образом, существующее правовое регулирование, при котором международные компании лишены возможности выпускать акции тех видов, которые допускаются иностранными правопорядками, приводит к юридическим коллизиям, затрудняющим корпоративное управление и работу высшего органа управления корпорации, а предлагаемые законодательные инициативы, направленные на преодоление этой проблемы, приводят к лишению акционеров гарантий защищенности их прав, предоставляемых отечественным правопорядком.
Отсутствие регулирования большинства вопросов корпоративного статуса в Законе о международных компаниях, коллизии и неопределенность соотношения норм ГК РФ и названного Закона ведут к правовой неопределенности, что негативным образом сказывается на стабильности корпоративных и гражданских отношений с участием международных компаний, искажает справедливый баланс прав и интересов их участников. По многим вопросам даже у регулирующего органа нет уверенности в том, какие нормы подлежат применению к международным компаниям, и Банк России вынужден выражать лишь "мнение" относительно важнейших положений ГК РФ, регулирующих правовой статус коммерческих корпораций, например: о возможности международных компаний увеличивать уставный капитал лишь двумя способами, предусмотренными в п. 1 ст. 100 ГК РФ (путем увеличения номинальной стоимости или выпуска дополнительных акций); о порядке внесения изменений в устав международной компании через управляющую компанию специального административного района; об отсутствии у международных компаний права размещать обыкновенные акции с различным объемом прав; о сохранении статуса международной компании при преобразовании в акционерное общество международной компании, зарегистрированной в организационно-правовой форме общества с ограниченной ответственностью, и др. <1>.
--------------------------------
<1> См. письмо Банка России от 22 января 2020 г. N 06-28-1/339.

Помимо этого отсутствие в Законе о международных компаниях какого-либо регулирования по основным вопросам корпоративного статуса (уставный капитал и порядок его изменения, объем прав акционеров, категории и виды выпускаемых акций, структура и компетенция органов управления, преимущественное право покупки акций, порядок совершения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, порядок оценки имущества, содержание и порядок реализации права участников на информацию, порядок оспаривания актов органов управления, ответственность членов органов управления и контролирующих лиц и др.) порождает полную незащищенность прав участников международных компаний, членов органов управления, а также кредиторов, ведет к невозможности эффективного корпоративного управления, потенциальным корпоративным конфликтам и неизбежным коллизиям при осуществлении правоприменительной деятельности, невозможности формирования единообразной судебной практики по наиболее типичным корпоративным спорам с участием международных компаний.
Поэтому в условиях сложившегося состояния правового регулирования деятельности международных компаний в настоящее время имеются все политико-правовые основания для распространения на международные компании большинства императивных норм не только ГК РФ, но и законов о хозяйственных обществах. Существование международных компаний с двумя корпоративными статусами (до 1 января 2029 г. и после) и несколькими личными законами в течение продолжительного времени (в период до 1 января 2029 г.) сохраняет на весь этот период повышенный риск дестабилизации гражданского оборота с участием таких компаний и может повлечь за собой необратимые негативные последствия для участников таких компаний и их кредиторов.
Представляется, что законодательная модель регулирования правового статуса международных компаний должна быть кардинально пересмотрена, а действующее общее правило о неприменении к таким компаниям законов о хозяйственных обществах должно быть заменено на прямо противоположное. Вместо исключения действия законов о хозяйственных обществах в отношении международных компаний необходимо, наоборот, в полном объеме восстановить действие этих законов, прямо оговаривая в Законе о международных компаниях те немногочисленные случаи, на которые эти законы не распространяются. Подобный принцип должен касаться и ГК РФ. При этом целесообразно проведение масштабной ревизии соотношения норм ГК РФ и Закона о международных компаниях на предмет устранения всех неясностей и противоречий между ними. В законодательстве не должно сохраняться прямо противоположных правил, таких как правило о предельном значении стоимости привилегированных акций международной компании (ч. 5 ст. 7 Закона о международных компаниях, п. 1 ст. 102 ГК РФ), без включения в ГК РФ соответствующих оговорок, допускающих такие отступления.

 Скачать
Поиск:
Реклама:
Счетчики:
На правах рекламы:
Copyright 2007 - 2022 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!