Комментарии.org Комментарии Российского законодательства
 Скачать

1.7. Доказывание и доказательства в делах с участием государства

style="max-height: 50vh;">
1.7. Доказывание и доказательства
в делах с участием государства

В доказывании особенности участия в процессе государства проявляются непосредственным и наиболее значительным образом. Определяющие такие особенности факторы - цель участия государства в процессе (защита государственных интересов, отражающих интересы публичные), статус государства и его органов (наличие властных полномочий и широких организационно-ресурсных возможностей) - дополняются установленным порядком информационного взаимодействия внутри аппарата государства, преимущественно осуществляемым в документарной форме, в том числе в форме электронного документооборота. Первые два фактора отражаются на самом процессе доказывания, третий - на видах используемых в таком процессе доказательств.
Обеспечение реальной, а не номинальной состязательности и процессуального равноправия сторон в ходе доказывания по делам с участием государства требует решения вопроса об установлении исключений из общих правил порядка представления, истребования доказательств, а в делах, связанных с обязательствами государства перед частными лицами, и распределения бремени доказывания. Эти исключения должны выражаться в создании специальных норм, направленных на уравновешивание положения сторон за счет установления дополнительных обременений в ходе доказывания для государства, к которым можно отнести: установление обязанности раскрыть все доказательства противоположной стороне до начала рассмотрения дела по существу под угрозой невозможности в дальнейшем ссылаться на них, а также самостоятельно направить имеющиеся доказательства, в том числе в электронном виде, противоположной стороне; установление обязанности представлять доказательства по делам, возникающим из правоотношений, обеспечиваемых электронным документооборотом, в электронном виде и в традиционном виде, если электронный формат недоступен противоположной стороне; возложение бремени доказывания на государство по делам, связанным с обязательствами государства перед частными лицами, прежде всего по возмещению вреда, в этих же делах предусмотреть право суда истребовать доказательства по своей инициативе, в том числе назначать экспертизы.
1. Раскрытие доказательств. В настоящее время нормативное закрепление раскрытия доказательств в гражданском процессе имеет в большей степени формальный характер (ст. 56, 149 ГПК РФ), хотя в соответствии с изменениями, внесенными Федеральным законом от 28 ноября 2018 г. N 451-ФЗ, исполнение обязанности раскрыть доказательства ограничено сроком, установленным судом или законом. Но, поскольку ответственность за неисполнение соответствующей обязанности отсутствует, на что неоднократно обращалось внимание в научной литературе <1>, условность раскрытия сохраняется. АПК РФ содержит более развернутые положения: срок для раскрытия доказательств ограничивается либо началом судебного разбирательства, либо судом (ч. 3 ст. 65 АПК РФ), нарушение обязанности по раскрытию может повлечь возложение на лицо судебных расходов вне зависимости от результатов рассмотрения дела (ч. 5 ст. 65 АПК РФ). Указанные нормы действуют в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 228-ФЗ, уточнившего срок на раскрытие доказательств и установившего последствия невыполнения соответствующих обязанностей. Однако ни порядок раскрытия доказательств, ни собственно процессуальные санкции в виде невозможности ссылаться на нераскрытые доказательства в дальнейшем в ходе судебного разбирательства им так и не были установлены <2>. Более того, практика арбитражных судов, отраженная в информационном письме Президиума ВАС РФ от 13 августа 2004 г. N 82, идет по пути принятия и исследования доказательств, не раскрытых лицами, участвующими в деле, независимо от причин, по которым нарушен порядок раскрытия доказательств.
--------------------------------
<1> См., например: Фокина М. Система целей доказывания в гражданском и арбитражном процессе. Общие положения // Арбитражный и гражданский процесс. 2006. N 5; Решетникова И.В. Концепция подготовки дела к судебному разбирательству // Современная доктрина гражданского, арбитражного процесса и исполнительного производства: теория и практика: Сборник научных статей. Краснодар; СПб., 2004; Серегина Л. Реализация принципа состязательности при рассмотрении гражданских дел в суде кассационной инстанции // Арбитражный и гражданский процесс. 2001. N 6.
<2> Григорьева Т.А. Проблемы арбитражной юрисдикции в России: история возникновения и пути решения на современном этапе: Дис. ... д-ра юрид. наук, Саратов, 2002; Шакитько Т.В. Реализация принципа состязательности в свете Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации" // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. N 1. С. 16 - 20.

Раскрытие доказательств остается дискуссионной проблемой - споры о его необходимости вообще и конкретном варианте регулирования в отечественном гражданском и арбитражном судопроизводстве в научной литературе не утихают уже много лет.
Наибольшее развитие данный институт получил в странах общей системы права (прежде всего в Англии и США), где под ним понимается совокупность приемов и юридических техник, позволяющих каждой из сторон протестировать доказательства противника, одновременно являющихся основным способом структурирования процесса и обеспечения равенства его участников на досудебной стадии <1>. Несмотря на существующие различия в американской и английской модели раскрытия доказательств <2>, основу ее составляет полное или в определенных судом случаях ограниченное представление сторонами досудебного разбирательства имеющихся у них доказательств с предусмотренными последствиями невыполнения этой обязанности. Такими последствиями являются невозможность ссылаться на нераскрытые доказательства в ходе разбирательства дела либо возложение на сторону расходов, возникших из-за нераскрытая. Сторона, отказавшаяся раскрыть доказательства по требованию суда, может быть подвергнута санкциям либо может быть вынесено неблагоприятное для нее решение суда. Порядок раскрытия представляет собой достаточно сложную систему правил получения информации об имеющихся доказательствах (вопросники, первоначальные списки), обмена доказательствами, запросов, в том числе через суд, о предоставлении доказательств, заявлений о привилегиях (информация, которая не может быть раскрыта) и отказе от раскрытия <3>.
--------------------------------
<1> Клейменов А.Я. Состязательность в гражданском судопроизводстве Соединенных Штатов Америки: Монография. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2012. С. 173. Цит. по: Гребельский А.В. Раскрытие письменных доказательств в международном коммерческом арбитраже // Право и экономика. 2015. N 8.
<2> Пучинский В.К. Гражданский процесс зарубежных стран / Под ред. В.В. Безбаха. М.: Зерцало, 2007; Кудрявцева Е.В. Гражданское судопроизводство Англии. М., 2008. С. 75; Аболонин Г.О. Особенности процедуры представления доказательств в гражданском процессе США // Вестник гражданского процесса 2014. N 4.
<3> См.: Решетникова И.В. Концепция подготовки дела к судебному разбирательству // Современная доктрина гражданского, арбитражного процесса и исполнительного производства: теория и практика: Сборник научных статей. Краснодар; СПб., 2004; Попов В.В. Раскрытие доказательств и встречный иск как элемент досудебной подготовки дела // Арбитражные споры. 2007. N 1; Суевалов М.С. Процесс доказывания на стадии подготовки дела к судебному разбирательству // Адвокатская практика. 2006. N 1; Фильченко Д.Г. Современные проблемы подготовки дела к судебному разбирательству в арбитражном процессе Российской Федерации: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Воронеж, 2005; и др.

К преимуществам раскрытия доказательств, которые обычно называются при обсуждении темы заимствования иностранного опыта, относятся возможности, способствующие установлению действительных обстоятельств дела, сокращению сроков рассмотрения спора, правильному и своевременному решению вопросов об относимости, допустимости и достоверности доказательств, урегулированию спора и устранению необходимости его рассмотрения и разрешения в судебном заседании, исключению ситуации, когда сторона не может адекватно отреагировать на доказательства, которые ее противник внезапно представляет в судебном заседании <1>.
--------------------------------
<1> Елисеев Н.Г. Раскрытие доказательств // Закон. 2014. N 10.

Однако совершенно справедливо отмечаются сущностные отличия российского процесса от зарубежного, что делает механическое заимствование невозможным: иная модель состязательности, предполагающая  активность суда в доказывании и ответственность за установление действительных обстоятельств дела, иной подход к непрерывности процесса, предполагающий возможность неоднократного отложения судебного разбирательства <1>. Кроме того, как пишет Н.Г. Елисеев, не следует забывать, что институт раскрытия доказательств в иностранном процессе представляет собой целостную систему, функционирование которой обеспечивается не только множеством элементов в виде правовых норм и вспомогательных средств, облегчающих выполнение нормативных требований (в частности, разнообразных официальных форм судебных документов, упрощающих совершение процессуальных действий), но и определенным уровнем правосознания, особой квалификацией судей и адвокатов <2>. И.В. Решетникова отмечает, что причиной восприятия российским арбитражным процессом института раскрытия доказательств в усеченном виде является отсутствие в каждом деле профессионального представителя <3>.
--------------------------------
<1> См.: Елисеев Н.Г. Раскрытие доказательств // Закон. 2014. N 10; Будылин С.Л. Рентгеновский луч права. Раскрытие доказательств в России и за рубежом // Вестник ВАС РФ. 2014. N 7.
<2> См.: Елисеев Н.Г. Раскрытие доказательств // Закон. 2014. N 10.
<3> Решетникова И.В. Состязательная система доказывания: новеллы АПК РФ // Российская юстиция. 2003. N 9.

Нами полностью разделяется убеждение, что внедрение в российский процесс института раскрытия доказательств в объеме, необходимом для его действительной работы, возможно только при комплексном подходе. Базироваться такой подход, полагаем, должен на характере спора и его субъектном составе, которые, в свою очередь, определяют решающее для рассматриваемой проблемы обстоятельство - возможности сторон в различных категориях дел в доказывании. Эффективная реализация правил раскрытия доказательств возможна только при обеспечении равенства процессуальных возможностей сторон <1>.
--------------------------------
<1> Архипова Ю.В. Раскрытие доказательств в арбитражном процессе // Администратор суда. 2011. N 1.

Как точно указывает С.Л. Будылин, "имеются целые классы дел, где доказательства фактически находятся под контролем ответчиков" <1>. В этих делах из-за не просто затруднения получения доказательств, а затруднения даже в получении информации об их наличии, раскрытие доказательств стороной, ими обладающей, необходимо и оправдано, способствует "преодолению неравенства информации, имеющейся у сторон" <2>. К таким категориям дел, несомненно, относятся и споры с участием государства и иных публично-правовых образований.
--------------------------------
<1> Будылин С.Л. Рентгеновский луч права. Раскрытие доказательств в России и за рубежом // Вестник ВАС РФ. 2014. N 7.
<2> Попов В.В. Раскрытие доказательств и встречный иск как элемент досудебной подготовки дела // Арбитражные споры. 2007. N 1.

Предполагается, что публично-правовой субъект обладает большими возможностями для получения и представления доказательственной информации. Конечно, в конкретном деле возможности сторон могут оказаться равными, или орган не будет обладать, к примеру, необходимой техникой, но и теория, и практика реализации властных полномочий позволяют исходить из приведенного предположения. Во всяком случае, в распоряжении органов имеются акты, решения и иные документы, принимаемые ими в ходе заключения, исполнения государственных или муниципальных контрактов, участия в других гражданских правоотношениях. Трудности в получении этих доказательств может испытывать прежде всего противоположная сторона. Например, вследствие того, что ненормативные акты, как правило, не публикуются, контрагент попросту может не знать об их наличии. Поэтому устанавливать равные обязанности по раскрытию доказательств для обеих сторон в спорах с участием публично-правовых образований нам представляется нецелесообразным.
В свете изложенного установление Федеральным законом от 28 ноября 2018 г. N 451-ФЗ обязанности раскрыть доказательства в общей норме о доказывании (ч. 3 ст. 56 ГПК РФ) и подкрепление ее обязанностью направить копии документов иным лицам, участвующим в деле, до подачи их в суд (ч. 1 ст. 57 ГПК РФ), а также наличие аналогичных правил в арбитражном судопроизводстве выглядят не вполне оправданными.
Полагаем, что не легковесно равный, а дифференцированный подход к установлению обязанности по раскрытию доказательств, снабженный соответствующей процессуальной санкцией за своевременное нераскрытие, способен обеспечить, с одной стороны, реальную действенность указанных норм, а с другой - укрепить начала состязательности в гражданском и арбитражном процессах.
В этой связи ст. 56 ГПК РФ и ст. 65 АПК РФ необходимо дополнить нормой следующего содержания: государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы и организации, действующие от имени публично-правовых образований, являющихся сторонами и другими участниками процесса, обязаны раскрыть доказательства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного разбирательства. Неисполнение органами обязанности по раскрытию доказательств лишает их права ссылаться на указанные доказательства в ходе судебного разбирательства.
По полностью разделяемому нами мнению многих ученых, принципиальным является установление обязанности раскрыть доказательства до начала рассмотрения дела <1>, варианты продления срока сводят на нет эффект соответствующих норм. Для публично-правового образования практически невозможно будет найти уважительные причины <2> нераскрытия доказательств до судебного разбирательства, а значит, столь "суровый" срок для них вполне допустим. Исключения из правила заблаговременного раскрытия доказательств могут быть вызваны лишь объективными причинами изменения предмета или основания иска, увеличения размера требований, заявления встречного иска, вступления в процесс соучастников, третьих лиц и др., когда лицо, участвующее в деле, будет представлять доказательства, а противоположная сторона - приводить контрдоказательства <3>. Для иных участников процесса, полагаем, должны быть сохранены существующие правила "добровольного" раскрытия доказательств.
--------------------------------
<1> Лим А.А. Некоторые проблемы института раскрытия доказательств в арбитражном процессе // Журнал российского права. 2007. N 8.
<2> Обычно к таким причинам относят неизвестность доказательств, что, как было показано выше, к публично-правовым образованиям относиться вряд ли может. См.: Кудрявцева Е.В. Институт раскрытия доказательств в России и в Англии // Законы России: опыт, анализ, практика. 2007. N 1; Попов В.В. Раскрытие доказательств и встречный иск как элемент досудебной подготовки дела // Арбитражные споры. 2007. N 1.
<3> Решетникова И.В. Допустимость доказательств в современном арбитражном процессуальном законодательстве // Вестник ВАС РФ. 2012. N 2.

При поиске путей решения проблем представления и раскрытия доказательств в делах с участием государства нельзя забывать о новых возможностях, связанных с внедрением информационных технологий. Высокая техническая оснащенность и иные ресурсные возможности органов публично-правовых образований позволяют им представлять доказательства в суд и направлять их противоположной стороне в электронном виде. За рубежом уже разработаны и применяются регламенты раскрытия электронных доказательств <1>. Убеждены, что в будущем такие средства должны преобладать, их использование может дать толчок реальной реализации обязанности всех участников процесса по раскрытию доказательств.
--------------------------------
<1> Будылин С.Л. Рентгеновский луч права. Раскрытие доказательств в России и за рубежом // Вестник ВАС РФ. 2014. N 7.

Примером использования электронной формы направления доказательств противоположной стороне, правда, через суд, можно считать установленное п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 г. N 57 правило о необходимости указания публично-правовым образованием в лице его органов адреса электронной почты для пересылки ему документов, поступивших от противоположной стороны. В Федеральном законе от 28 ноября 2018 г. N 451-ФЗ указанное положение получает дальнейшее развитие: направление документов (причем не только административного искового заявления, но и апелляционной, кассационной жалобы и приложенных к ним документов, заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам) административному ответчику, заинтересованным лицам осуществляется посредством размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам процесса (изменения в ст. 135, 302, 320, 348 КАС РФ).
Подобного приведенному правила для ГПК РФ и АПК РФ не установлено, поскольку обязанность направить документы теперь всецело лежит на самих участниках. Но, полагаем, во всех случаях, если сами документы существуют в электронном виде, электронная форма их направления не исключается при условии установления электронного взаимодействия между сторонами. В рамках предложенного дифференцированного подхода к возложению обязанностей по раскрытию доказательств и их направлению иным участникам такое электронное взаимодействие рациональнее было бы, по примеру КАС РФ, осуществлять через суд.
2. Представление и истребование доказательств в электронном виде. Деятельность государственных органов и органов местного самоуправления по реализации ими своих полномочий преимущественно подлежит документарному оформлению. Соответственно, основным подтверждением вступления государства как в публично-правовые, так и в частноправовые отношения являются документы. На современном этапе обеспечения функционирования аппарата государства традиционные письменные документы постепенно уступают свои позиции документам в электронном виде. Именно в деятельности государственных органов и органов местного самоуправления электронный документооборот является наиболее развитым и имеющим уже повсеместное применение.
Суть современного электронного документооборота между органами и организациями заключается в существовании нескольких крупных систем взаимодействия, отдельных в различных областях, к которым подключаются органы, обеспечивая таким образом доступ к своим внутренним системам и получая доступ к системам иных органов.
В качестве примера можно привести систему электронного межведомственного взаимодействия (СМЭВ), согласно Положению о которой, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 8 сентября 2010 г. N 697, предназначенную преимущественно для обеспечения предоставления в электронной форме государственных и муниципальных услуг, а также документов (сведений), размещенных в государственных информационных системах и иных информационных системах, в том числе с использованием федеральной государственной информационной системы "Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)", а также для обеспечения информационного взаимодействия в электронной форме при предоставлении государственных и муниципальных услуг и исполнении государственных и муниципальных функций. В настоящий момент к системе подключены федеральные государственные информационные системы, используемые при предоставлении государственных услуг и исполнении государственных функций федеральными органами исполнительной власти и органами государственных внебюджетных фондов, аналогичные региональные системы межведомственного электронного взаимодействия, создаваемые в субъектах Российской Федерации, отдельные информационные системы иных органов и организаций, участвующих в предоставлении государственных и муниципальных услуг и исполнении государственных и муниципальных функций на основе договоренности указанных органов или организаций и оператора системы взаимодействия. В настоящее время к СМЭВ подключены и негосударственные структуры - нотариат на основании соглашения Федеральной нотариальной палаты с Минкомсвязи России от 6 октября 2011 г. Кредитные организации (банки) получили доступ в СМЭВ под контролем ЦБ РФ согласно Постановлению Правительства РФ от 22 декабря 2012 г. N 1382. По состоянию на март 2014 г. общее количество участников СМЭВ превысило 8,4 тыс., а количество запросов, прошедших через систему, составило более 1,6 млрд. Новые возможности СМЭВ определены Постановлением Правительства РФ от 19 ноября 2014 г. N 1222 "О дальнейшем развитии единой системы межведомственного электронного взаимодействия".
Для целей межведомственного (внутреннего) обмена электронными документами предназначена система межведомственного электронного документооборота - МЭДО (Постановление Правительства РФ от 22 сентября 2009 г. N 754). Функционал электронного документооборота реализуется в системе ГАС "Выборы" (Федеральный закон от 10 января 2003 г. N 20-ФЗ "О Государственной автоматизированной системе Российской Федерации "Выборы") и многих других.
Особенности документооборота, в том числе электронного, неминуемо оказывают влияние на процесс доказывания по делам с участием государства. Государственным и иным органам в рамках электронного документооборота доступно создание, направление и получение всех доказательств в электронном виде, предусмотренных соответствующими регламентами <1>. Соответственно, оправданным существующим уровнем оснащенности органов, одновременно направленным на повышение эффективности судебной защиты и отвечающим рассмотренным перспективам раскрытия и направления доказательств, будет установление обязанности государственных органов, органов местного самоуправления обращаться в суд в электронном виде и представлять доказательства по делам, возникающим из правоотношений, обеспечиваемых электронным документооборотом, только в электронном виде. Взаимоувязка всех элементов доказывания в новой электронной среде, создающей новые параметры взаимодействия суда и участников процесса между собой, крайне важна для обеспечения соблюдения базовых принципов процесса. Если появляются новые обязанности, связанные с представлением доказательств, соответственно, и форма их представления должна быть максимально удобна, чтобы излишне не отягощать бремя доказывания.
--------------------------------
<1> Приказы Судебного департамента при ВС РФ: от 27 декабря 2016 г. N 251 "Об утверждении Порядка подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа", от 28 декабря 2016 г. N 252 "Об утверждении Порядка подачи в арбитражные суды Российской Федерации документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа" // СПС "КонсультантПлюс".

Одновременно соблюдению принципов процесса в условиях неравенства технических и иных ресурсных возможностей субъектов правоотношений с участием государства будет способствовать сохранение за судом функций обеспечения электронного взаимодействия сторон, который сможет отслеживать ее состоятельность и при необходимости дублировать документы традиционным способом. Отметим, что нами впервые было отмечено появление новой функции суда по координации взаимодействия суда и участников процесса при применении электронных технологий <1>, а в настоящее время уже разработаны некоторые формы такого взаимодействия (сообщение суду адреса электронной почты для направления документов, направление их посредством размещения на сайте суда в ограниченном доступе).
--------------------------------
<1> Решетняк В.И., Смагина Е.С. Информационные технологии в гражданском судопроизводстве: российский и зарубежный опыт. М., 2017.

Развитие электронного документооборота остро ставит вопрос и об истребовании доказательств судом у органов публично-правовых образований в новой форме. Такое истребование может осуществляться путем направления запросов в электронном виде и подключения судов к системам межведомственного взаимодействия. Запросы суда об истребовании доказательств и иной информации от органов в рамках информационного пространства электронного государства активно внедряются в деятельность судов, неуклонно расширяется перечень органов, в которые такие запросы могут быть направлены <1>.
--------------------------------
<1> Например: Приказ Минэкономразвития России от 23 декабря 2015 г. N 968 (ред. от 21 октября 2019 г.) "Об установлении порядка предоставления сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, и порядка уведомления заявителей о ходе оказания услуги по предоставлению сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости".

Более прогрессивной формой электронного истребования доказательств в этом отношении будет полноценное подключение судов к описанным и иным системам межведомственного электронного взаимодействия. Такая система обеспечивает более высокий уровень безопасности информации и надежную аутентификацию отправителя. Убеждены, что широкое включение судов в системы межведомственного электронного взаимодействия неизбежно.
3. Распределение бремени доказывания. Общее правило о равном распределении бремени доказывания подлежит изменению в установленных законом случаях. Основной целью такого изменения является защита прав стороны, поставленной в более трудные условия с точки зрения доказывания фактических обстоятельств <1>. "Тяжесть представления доказательств" <2> для более слабой стороны правоотношений облегчается в этом случае возложением дополнительной обязанности доказать ряд установленных законом обстоятельств на сторону более сильную. Таким образом обеспечивается как равное состязание сторон, так и установление судом действительных обстоятельств дела, ибо вполне предсказуемым итогом отсутствия возможностей по доказыванию является неполнота, односторонность представленной информации. Соответственно, в делах с участием государства, в которых наблюдается наибольший среди гражданских дел и дел, рассматриваемых арбитражными судами, дисбаланс возможностей по доказыванию, перераспределение бремени доказывания оправданно и необходимо.
--------------------------------
<1> Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 2016. С. 76.
<2> См.: Баулин О.В. Бремя доказывания при разбирательстве гражданских дел. М., 2004.

В теории выделяют несколько способов изменения общего правила распределения бремени доказывания: доказательственные презумпции; доказательственные фикции; специальные доказательственные правила, формулируемые в нормах отдельных отраслей права, не связанные с предположением о наличии или отсутствии какого-либо юридического факта; доказательственные исключения <1>. Общим для всех этих способов является их прямое нормативное закрепление. Совершенно справедливо отмечается, что формулировка специальных правил доказывания есть прерогатива законодателя, иные субъекты, включая суды и участников процесса, не могут их "придумывать" <2>.
--------------------------------
<1> Нахова Е.А. Доказательственное право в цивилистическом процессе и административном судопроизводстве. СПб., 2017. С. 202.
<2> См.: Шеменева О.Н. Роль соглашений сторон в гражданском судопроизводстве. М., 2017.

Однако в последнее время в судебных актах, в том числе ВС РФ, стала все чаще появляться категория "стандарт доказывания", которой пытаются охватить конструируемые практикой применительно к отдельным категориям дел, причем вполне ситуативно, исключения из правил распределения бремени доказывания.
Стандарты доказывания (standards of proof), рассматриваемые как критерии достаточности доказательств в странах общего права, прямо, казалось бы, к распределению бремени доказывания не относятся. Однако одна из основных целей установления стандартов - выравнивание процессуального неравенства и защита личных интересов при их столкновении с публичным интересом <1> - не просто свидетельствует о наличии связи с распределением бремени доказывания в теории, но и влечет возложение на сильную сторону дополнительных обязанностей по доказыванию обстоятельств на практике.
--------------------------------
<1> Смольников Д.И. Мифы о стандартах доказывания // Закон. 2015. N 12.

Российские суды, пытаясь использовать термин "стандарт доказывания", во многих случаях следуют указанному их предназначению - уравновешению положения сторон. Так, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ N 303-ЭС17-2748 <1> указывается: следует учесть, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга или, как указано в другом Определении N 309-ЭС16-17446, "представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга" <2>.
--------------------------------
<1> Обзор судебной практики ВС РФ N 5 (2017), утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 г. // СПС "КонсультантПлюс".
<2> Обзор судебной практики ВС РФ N 3 (2017), утвержден Президиумом ВС РФ 12 июля 2017 г. // СПС "КонсультантПлюс".

Однако так происходит далеко не всегда. Повышенный стандарт доказывания в пользу стороны, обладающей меньшими возможностями в доказывании, оказывается гибким, а прямо говоря, зависящим от судейского усмотрения явлением. К тем же конкурсным кредиторам, обжалующим действия управляющего, вполне применяется повышенный стандарт доказывания не просто незаконности его действий, но и нарушения такими действиями их прав <1>.
--------------------------------
<1> См., например: Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16 мая 2017 г. по делу N N А40-114805/15 // СПС "КонсультантПлюс".

В работах процессуалистов, исследовавших проблематику стандартов доказывания за рубежом, делается вывод об отсутствии строгих критериев самих стандартов, отсутствии равного их значения для всех дел определенных категорий и отсутствии претензий на объективность <1>.
--------------------------------
<1> См.: Пучинский В.К. Гражданский процесс зарубежных стран / Под ред. В.В. Безбаха. М., 2008; Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. Екатеринбург, 1997.

В итоге столь привлекательные иностранные заимствования на поверку оказываются искажением давно и эффективно работающей нормы ч. 2 ст. 56 ГПК РФ и аналогичной нормы ч. 2 ст. 65 АПК РФ. Вопрос о том, почему этой нормы не хватает, остается риторическим. В постановлениях высших судов давно отработан подход, позволяющий без манипуляций неясными, изменчивыми категориями ориентировать суды на то, какие именно обстоятельства нужно установить и какой из сторон их надлежит доказать <1>. Если это и стандарт, то стандарт верного понимания и применения закона.
--------------------------------
<1> Примеров - огромное количество. В рамках рассматриваемой нами проблематики можно упомянуть Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утвержденный Президиумом ВС РФ 25 ноября 2015 г. // СПС "КонсультантПлюс".

Исходя из этого, даже при последовательном отражении в порожденном практикой стандарте доказывания цели облегчения защиты слабой стороны правоотношений мы не находим очевидных преимуществ в этом способе определения исключений из общего правила распределения бремени доказывания в сравнении с нормативным установлением или разъяснением Пленума ВС РФ. Тем более в делах с участием государства, где суды - такие же органы власти, как и орган, действующий от имени одной из сторон, будут эти исключения определять.
Одним из важнейших и общих для всех дел с участием государства правил распределения бремени доказывания должно, на наш взгляд, стать правило о возложении на публично-правовое образование обязанности доказать, помимо иных обстоятельств, наличие и потребность в защите публичного интереса, в особенности не отраженного в субъективном праве, причем с обязательной ссылкой на нормы права или иные правовые формы закрепления указанного интереса.
Поскольку в данной главе мы ставили целью раскрыть особенности применения общих положений процесса в делах с участием государства, речь об особенностях доказывания по отдельным категориям дел, в том числе о необходимости введения доказательственных презумпций в делах, предусматривающих обязательства государства, пойдет в соответствующей гл. 3 раздела II настоящей книги.
Проведенный анализ свидетельствует о необходимости выделения и закрепления особенностей действия общих положений гражданского и арбитражного процесса применительно к делам с участием государства, игнорирование которых может привести и приводит к нарушениям как прав и интересов частных лиц в спорах с властным субъектом, так и публичных интересов, отстаиваемых государством.

 Скачать
Поиск:
Реклама:
Счетчики:
На правах рекламы:
Copyright 2007 - 2022 гг. Комментарии.ORG. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!